Совсем нельзя. Я ведь тебе уже говорил, что у всех решений есть последствия. У всех…
* * *Машина резко свернула на повороте. Браницкий вдавил педаль газа до упора, и заряженный по самое не могу четырёхдверный седан рванул по проспекту.
— Куда мы едем? — спросил я.
— Секрет, — отозвался сидящий за рулём граф. — Ведь если расскажу, то никакого сюрприза не получится.
Я глянул в зеркало заднего вида. Туда, где на заднем сиденье прижавшись друг к другу сидели Виктор, Саша и Вика. А я, разумеется по щедрому предложению хозяина машины, занял место рядом с ним спереди. И отчаянно думал, что делать дальше.
Браницкий даже слушать ничего не хотел. А когда я попробовал аккуратно убедить его в том, что без проблем пойду с ним, пусть только ребята спокойно уйдут, получил напоминание о том, что с нами будет, если я начну ерепениться."
"И опять, как бы глупо это ни прозвучало, но я ему поверил. Одно дело, когда тебе это говорит чёрт знает кто, но Браницкий… Я верил ему на слово. Вот так просто. Просто понимал, что в этот раз ему было плевать на правила и черту, которую он мог бы пересечь со своими играми.
Ублюдок хотел отомстить и повеселиться за наш счёт. И я ничего не мог придумать, чтобы восприпятствовать ему.
Но всё равно пытался всеми силами придумать, что делать. Большой палец на правой руке будто бы сам собой коснулся надетого на указательном кольца, в котором хранился револьвер Князя.
— О, а я бы на твоем месте подумал получше, — хохотнул Браницкий и ещё больше увеличил скорость машины, пролетев перекрёсток на красный. Всё случилось настолько быстро, что сидящая сзади Александра вскрикнула. — Но знаешь, что? Давай. Вперёд!
Он повернулся ко мне, вообще перестав смотреть на дорогу.
— Достань пистолет и пристрели меня, — с полубезумной улыбкой произнёс он. — Может быть даже в этот раз тебе повезёт и ты действительно меня грохнешь. Но что будешь делать с машиной? А?
— Специально меня на место для смертника посадил? — уточнил я, и он рассмеялся ещё сильнее.
— Конечно! Разумеется, Александр! — Браницкий отвернулся и вновь посмотрел на дорогу. — Если ты снова испортишь мне игру, то я буду очень, очень, очень обижен. И обида моя будет смертельна.
Я убрал палец от кольца. В чём-то он прав. Может быть я и успею его пристрелить, но что делать с потерявшей управление машиной, да ещё и на такой скорости, не представляю вовсе. Выстрелю и мы все прямо тут же на ближайшем повороте об дом тонким слоем и размажемся.
Благо, как оказалось, ехать нам было не так уж и долго. Этот урод свернул ещё пару раз и через пять минут остановил машину.
Я выглянул в окно, чтобы понять, где мы находились.