В машине Машины завелись под знаком университета: Калинский проверяет пропуск, а сердце Льва набегает оттиск дружественной атмосферы науки и творчества. Путь ведёт через стены истории и современности, где каждая ступенька несет с собой новую страницу великой научной энциклопедии....
Похоже, «Адвокат Империи 14» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"— Нет, Гриша, я ведь правду говорю, — не стал успокаиваться вошедший за ним граф. — Ты действительно паршиво выглядишь. Ты в последнее время вообще спишь?
— Ты будешь выглядеть так же, после того как мы поговорим, — устало произнёс Григорий. — Ко мне сегодня Рахманов приезжал.
— О, парнишка решил к тебе наведаться? — на лице Уварова неожиданно появилась ухмылка. — Тогда понятно, чего ты такой нервный. Дай угадаю, парень наконец решил попросить руки твоей внучки, да?
— Типун тебе на язык, Василий, — вскинулся сидящий на диване усталый целитель.
— Эй, — тут же с возмущением встрепенулся Уваров. — А что я, по-твоему, должен был думать? Когда Зоечка сообщила мне о том, что выбрала себе жениха, у меня было такое же лицо…
— Выбрала, — фыркнул Григорий. — Господи, когда наши дети стали такими самостоятельными, что начали сами выбирать себе спутников по жизни, а? Вроде ещё вчера под стол пешком ходили, а теперь…
Его слова вызвали у Уварова ехидную усмешку.
— Что я слышу? Неужели мы с тобой скучаем по тем временам, когда наши отцы просто приходили и говорили: «Вот тебе невеста, женись, плодись…»
— Как вульгарно, — поморщился Распутин, но и сам не смог сдержать улыбки при этих словах, на что Уваров лишь пожал плечами.
— Зато это работало, — сказал он, а потом задумался. — Хотя с Зоечкой это пустой номер. Слишком уж она в мать пошла. Она в молодости из меня верёвки вила, а уж дочка-то… Эх, женщины. Будь проклят тот день, когда они узнали о том, что сами могут принимать решения и вошли во вкус.
В ответ на это Распутин лишь закатил уставшие глаза.
— Ты ещё на календарь пойди поругайся, — попенял он друга. — За то, что этот мерзавец имеет наглость дни сменять и давать истории право на то, чтобы идти вперёд. Самому-то не смешно?
— Немного, — усмехнулся Уваров. — Но, знаешь…
— Знаю, — кивнул ему Распутин, но уже через мгновение его лицо стало серьёзным. — Василий, у нас проблемы.
То, с какой интонацией это было сказано, заставило Уварова нахмуриться.
— Говоря «у нас», ты имеешь в виду себя? Рахманова? Столицу? Империю? Ты, Гриша, уточняй, а то такие слова из твоих уст и до сердечного приступа довести могут, а я, знаешь ли, мальчик уже не молодой.
— Ничего, — с насмешкой произнёс Распутин. — Не переживай. Если тебя хватит, то я прямо тут и откачаю. В том виде или ином.
Уваров поморщился, опять вспомнив жуткие истории своего деда.
— Того и боюсь, — сказал он, стараясь скрыть истинные чувства.
