В машине Машины завелись под знаком университета: Калинский проверяет пропуск, а сердце Льва набегает оттиск дружественной атмосферы науки и творчества. Путь ведёт через стены истории и современности, где каждая ступенька несет с собой новую страницу великой научной энциклопедии....
Похоже, «Адвокат Империи 14» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ваша честь, если сторона обвинения знала о существовании этой свидетельницы с самого начала, тот факт, что она лишь передумала давать показания, не является новым обстоятельством. Закон обязывает заявлять свидетелей заранее, а не держать их «в резерве» до выгодного момента.
Строго говоря это было не совсем так, но почему бы и не ввернуть, для красного словца, так сказать.
— Мы не могли предвидеть, что она сама решит дать показания, ваша честь, — моментально парировал Калинский, вступив в разговор. — Её эмоциональное состояние было нестабильным, она категорически отказывалась участвовать.
— Истины? — я едва не захлебнулся от сарказма. — Ваша честь, я готов поспорить, что их свидетель не имеет абсолютно никакого отношения к этому делу и будет использован стороной обвинения в качестве источника эмоционального давления на присяжных…
— Вздор! — рявкнул прокурор. — Её оценка подсудимого и его характеристика крайне важны…"
"— Для того, чтобы выставить моего клиента в невыгодном свете и тем самым очернить его в глазах присяжных, что и является прекрасным образцом эмоциональным давлением, — закончил я за него.
— Это не так, ваша честь, — тут же вклинился Лебедь, но оказался прерван ударом деревянного молотка.
— Достаточно! — громко заявил судья, после чего посмотрел на нас.
А я задумался. Всё превращалось в какой-то цирк. И ведь Лебедь продолжит упорствовать. Я знал, кого именно он хочет вызвать.
Стоп. Получается, что он это и пытается сделать.
Так, сейчас судья прямо их спросит о том, могут ли они по существу ответить на вопрос о том, почему их свидетель не был заявлен заранее. Лебедь ничего ответить на это не сможет. Хотя, нет. Не так. Он сможет. Будет извиваться, как уж на сковородке, скрывая собственную дурость за извилистыми формулировками.
