Я был адвокатом. Честным. Не верите? Зря, ведь именно поэтому меня и убили. Судьба или боги решили дать мне еще один шанс и отправили в мир магии, аристократов и корпораций. Вот только забыли дать мне при этом и магию, и благородный род, поместив в тело простолюдина. Правда все-таки кое-что мне перепало - умение читать эмоции людей. Что ж у меня опять есть возможность заняться любимым делом, ведь адвокат это не профессия — это призвание....
Похоже, «Адвокат Империи 14» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Компания моего отца — один из самых крупных клиентов твоей фирмы. Мы платим вам огромные деньги…
— И что? — спокойно спросил Калинский и сам удивился тому, насколько ровно прозвучал тон его голоса.
— А то! — в лицо ему заявил Шарфин. — Кто за девушку платит, тот её и танцует, Лёва. Стоит мне только сказать отцу, как он пойдёт к твоему руководству. Дальше сам догадаешься или подсказать, что будет? Как там твоё начальство это назовёт? Оптимизация команды? Хотя нет, думаю, что будет что-то вроде «перераспределения ресурсов».
Последние слова он чуть ли не выплюнул.
Лев смотрел на него несколько секунд, испытывая жгучее желание дать Шарфину в морду! Просто сжать пальцы в кулак и ударить его по лицу. И эта мысль его удивила. Нет, не потому, что он хорошо понимал все возможные проблемы и юридические последствия такого действия. Дело не в этом.
Он хотел ударить Шарфина, потому что тот был ему противен до омерзения. И, что самое смешное, Рахманов, напротив, у него такого желания не вызывал.
А вот Шарфин. Шарфин даже мысли такой не заслуживал.
Почему-то именно в этот момент Льву в голову пришла мысль. Он вспомнил сказанные ему Александром слова. То, чем тот надавил на него, чтобы получить свою сделку.
Для того, чтобы победить, порой нужно просто отказаться от сражения."
"— Знаешь, что, Шарфин, — уже абсолютно без какого-либо интереса к этому разговору произнёс Лев.
Развернувшись, он повыше поднял воротник своего пальто и направился прочь.
* * *— Ну что, господа будущие адвокаты, — улыбнулся я, подняв кружку. — Учитесь, пока я жив!
Мы стукнулись бокалами, и над столиком разнёсся звон стеклянных кружек и бокалов.
После завершения процесса было приянто коллегиальное решение отметить это дело. И предложил это, как ни странно, сам Руслан. Бедолага на радостях едва ли не отплясывал, когда мы выходили из здания суда.
Рус не переставал улыбаться, и, кажется, даже паршивая погода нисколько не могла омрачить переполняющее его ощущение триумфа. А уж как он мне руку тряс, когда мы из зала суда вышли.
