В машине Машины завелись под знаком университета: Калинский проверяет пропуск, а сердце Льва набегает оттиск дружественной атмосферы науки и творчества. Путь ведёт через стены истории и современности, где каждая ступенька несет с собой новую страницу великой научной энциклопедии....
Похоже, «Адвокат Империи 14» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А если он насильник? Что, проявишь к нему точно такое же отстранённое отношение, а? Вот обрадовалась бы твоя сестра, если бы узнала…
— Рот закрой! — рявкнула Екатерина, рывком обернувшись, а всё внутри неё вспыхнуло таким гневом, что я всерьез забеспокоился, а не воспламенится ли она.
— Шарфин! — Я нашёл глазами этого пижона. — Если хочешь что-то сказать, то в следующий раз поднимай руку. Ты меня понял?
Видно, что его прёт. Парень прямо сдерживается, чтобы не расхохотаться. Будто издеваясь, он, словно послушный школьник, поднял руку.
— Слушаю тебя, Шарфин, — вздохнув сказал я.
— О, я просто хотел узнать, с каким лицом она будет защищать кого-то вроде человека, который изнасиловал её сестру, — с явной и надменной насмешкой в голосе сказал он. — Ну тут же налицо этический конфликт. Как же наша Катенька будет выполнять свою работу, если её…
— Она будет делать её с точно таким же лицом, с каким хирург оперирует убийцу, — резко произнёс я, перебив его на полуслове. — Но раз уж ты такой умный, то ответь мне на вопрос.
Шарфин пожал плечами, что вызвало у меня приступ сильного раздражения.
— Я тебе вопрос задал, Шарфин. Изволь отвечать, когда тебя спрашивают. И встань.
Юрий явно не ожидал подобного. Да и не особо хотел отвечать. Тем не менее ему пришлось. Чуть ли не закатив глаза, он поднялся на ноги.
— Когда клиент не платит. Деньги кончились — закончилась и защита. Всё просто.
— Да что ты? — съязвил я. — А если это дело о жизни и смерти и суд в понедельник? Ты что? Уходишь домой в пятницу?
— А что? — фыркнул он.
"— Иногда да, — жёстко ответил я. — Если твой отказ от защиты несёт непоправимый вред клиенту, а ты не обеспечил замены, то ты не адвокат. Ты жалкий трус и беглец, который пасует перед трудностями. Хочешь свободы? Она дорого стоит. Сядь на место и не возникай, если я тебя не спросил.
Скорчив недовольную рожу, Шарфин опустился обратно за свой стол.
— Ты тоже садись, Кать, — уже куда мягче произнёс я, обращаясь к девушке. — Ты молодец. Отлично ответила.
Когда она садилась, то я заметил на её лице лёгкую, едва заметную улыбку, а её эмоции стали немного светлее.
Встав со стула, я прошёл в центр аудитории.
— Запомните одну простую вещь. Пока вы не заключили договор с клиентом о защите его интересов и не подписали его, вы вольны уйти. Но! — Я поднял указательный палец.
