В машине Машины завелись под знаком университета: Калинский проверяет пропуск, а сердце Льва набегает оттиск дружественной атмосферы науки и творчества. Путь ведёт через стены истории и современности, где каждая ступенька несет с собой новую страницу великой научной энциклопедии....
Похоже, «Адвокат Империи 14» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Да так, что Шарфин не удержался и поскользнулся на снегу, налетев на открытую дверь своей машины. Болезненно ударился спиной, и упал рядом в грязный снег.
— Сука, ты совсем охренела⁈ — рявкнул он, пытаясь рывком вскочить на ноги, но не вышло. Правая нога подскользнулась и он снова едва не упал.
— Пасть свою закрой, мудак! — в ответ зашипела она. — Кто тебе дал право упоминать мою сестру, ублюдок⁈ Как ты вообще посмел…
— Да пошла ты, — отмахнулся от неё Шарфин, окончательно поднимаясь на ноги. — Я всего лишь сделал то, что Рахманову надо было спросить самому, вот и всё.
— Юра, тебе лучше не заканчивать эту фразу, — пригрозил ему Пётр, стоя за спиной Катерины.
— Ты вообще заткнись, — тут же огрызнулся Шарфин. — Посмотри на себя, убожество. Тоже мне аристократ.
Он сразу же понял, что его язвительный и оскорбительный тон задел Мелехова. Это было понятно по выражению на его лице. К чести Петра, он промолчал, пропустив это оскорбление мимо ушей.
Да и дело тут было не в том, что он был отпрыском довольно бедного графского рода из Казани, от которого осталось, по сути, лишь имя.
А вот Катерину, распалённую гневом до состояния, что под ней чуть ли снег не плавился, похоже, это волновало далеко не так сильно.
"— Мразь, — выдохнула она, глядя на него таким взглядом, будто готова была убить прямо здесь, на парковке. — Ты вообще слышишь, что несёшь⁈ Ты серьёзно решил поиздеваться над болью, моей болью, чтобы блеснуть своим поганым остроумием?
— Я всего лишь поставил тебя перед этической проблемой, Катенька, — развел руками Шарфин и не без раздражения принялся отряхивать куртку от налипшей на неё грязи после падения. — Разве не в этом смысл занятий по адвокатской этике?
— Засунь свою этику себе знаешь куда⁈ — рявкнула она.
— Ой, какая жалость, — скривился Юрий. — Ну заплачь ещё. Или иди, поплачь в жилетку Рахманову. Уверен, он будет не против тебя утешить. Может, ещё после этого оценку тебе хорошую поставит.
