В машине Машины завелись под знаком университета: Калинский проверяет пропуск, а сердце Льва набегает оттиск дружественной атмосферы науки и творчества. Путь ведёт через стены истории и современности, где каждая ступенька несет с собой новую страницу великой научной энциклопедии....
Похоже, «Адвокат Империи 14» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Роман подошёл к скамейке, на которой я сидел, и я протянул ему стакан с ещё горячим кофе и завёрнутую в фольгу шаверму.
— С маринованной капустой и морковкой по корейски, — сказал я. — Как ты и просил.
— Ты просто мой спаситель, — усмехнулся Лазарев, садясь рядом и разворачивая свой перекус. — Первая нормальная еда за весь день.
— Всегда пожалуйста. Считай, что это моя благодарность тебе за рекомендацию.
— О, узнал таки! Знал бы я, что у тебя такие расценки, написал бы раньше.
— М-м-м… — задумчиво протянул я, разворачивая собственную, острую.
— Что-то вроде того, — отозвался Рома, откусив кусок и начав жевать.
— М-м-м, — снова протянул я, жуя шаверму. Дожевав, проглотил и спросил. — Как Артур?
После моего вопроса жевать Рома перестал.
— Даже спрашивать не буду, откуда ты это знаешь, — мрачно проговорил он, а затем, судя по всему, и сам всё понял. — А, да. Точно. Князь?
— Ага, — кивнул я. — Князь. Как Артур?
— Плохо, — вздохнул Роман и отложил шаверму в сторону на скамейку.
— Распутин?
— Да. Мы уже договорились, — подтвердил он мою догадку. — Он будет ждать, как только Артура доставят сюда.
— А почему просто не отправить его в Германию? — предложил я.
— Нельзя, — покачал головой Рома. — Поверь, если бы так можно было бы сделать, то мы уже послали бы его туда первым классом, Саша. Нет, Распутину запрещено покидать границы Империи.
А вот теперь я искренне удивился.
— Почему? Он же…
И замолчал. Блин, Сань, ну всё же и так логично. Ну подумай ты, прежде чем говорить, а? Тут дело даже не в Елене. У Распутина ведь нет детей. Учитывая, какую ценность он представляет для Империи, не удивлюсь, что запрет отдан приказом свыше.
Судя по всему, выражение у меня на лице носило довольно красноречивый характер.
— Вижу, что догадался, — хмыкнул Роман, тоскливо посмотрел на лежащую рядом с ним остывающую шаверму и всё-таки вернулся к трапезе.
— Да, — кивнул я. — Догадался. И это, по поводу брата. Надеюсь, что всё будет хорошо.
— Будет, — с железной уверенностью проговорил Роман. — Обязательно будет. Поверь мне. Мы найдём того, кто это сделал…
Угу. В этом-то я не сомневался. С теми ресурсами, которые есть у Лазаревых, не думаю, что это долго будет оставаться тайной.
А это ставило меня в довольно сложную ситуацию.
