Я бежал по улице с неумолкающей решимостью, забыв обо всем на свете — даже о том, что дверь такси остается открытой. Под скрежет металла и крики шоферчихи я ворвался домой, где тихий покой был нарушен холодом и темнотой. Время пришло — свет должен гореть!
Похоже, «Адвокат Империи 15» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как бы парадоксально это ни звучало, Николай Меньшиков внял совету и всегда планировал свои действия с расчётом на то, что всё пойдёт не так, как он того ожидает.
Но даже при таком подходе порой случались проколы. Как, например, со своевольным и чересчур сердобольным графом. Ну кто мог подумать, что внутри этого кровожадного безумца проснётся сострадание⁈
Меньшиков до сих пор корил себя за то, что не проследил за устранением детей. Теперь же они стали для него ещё одной головной болью на долгие и долгие годы. Тем не менее он выполнил свою часть сделки, как и обещал.
Николай вдруг замер. Прямо посреди мысли. Сложившаяся ситуация точь-в-точь повторяла ту, что случилась с детьми Ильи. Он не сомневался, что Князь тоже постарался всё предусмотреть, когда скрывал ото всех Андрея с Ольгой.
Но всего предусмотреть невозможно, как ты не пытайся…
— Николай? — донёсся до него голос Румянцева.
— Что? — переспросил Меньшиков. — Прости, я задумался.
— Тебе простительно, — усмехнулся голос из телефона. — Я спрашивал, стоит ли мне готовиться к тому…
— К тому, что конфликт выйдет далеко за любые разумные границы? — закончил за него Меньшиков.
— Да. Именно это я и спрашиваю, — подтвердил Румянцев. — Видишь ли, сейчас для таких предприятий не самое подходящее время. Конфликтовать с британцами сейчас для нас невыгодно…
— Когда это нас останавливало? — вздохнул Николай, прекрасно зная, что именно сейчас скажет ему Румянцев.
— Нас? Никогда, — с железной твёрдостью произнёс он. — Мы никогда…
— Давай только без этих вот речей, что мы не агрессоры и прочее, — попросил его Меньшиков. — Хорошо?
— Я предпочитаю говорить правду, — тут же возразил Румянцев, на что Меньшиков едва не рассмеялся.
— А я предпочитаю жить в реальности. Правда — вещь субъективная и у каждого своя, Николай. Так что мне глубоко плевать на то, что о нас будут думать.
В ответ на это Румянцев лишь усмехнулся.
— Как скажешь. Не буду с тобой спорить. Но ты не можешь не понимать, что я прав. Для того чтобы достойно ответить в случае полноценного конфликта, нам потребуется ещё года два. А лучше пять.
