К сожалению, он никогда не сможет использовать мою силу…
Обтянутый белой тканью палец указал на меня.
— Вот ты совсем другое дело. Как только Елена коснулась твоей крови той ночью, контакт вновь обрёл силу. Это произошло не сразу, но всё встало на свои места. Ей ведь уже двадцать. Все сроки вышли. Пришла пора сделать то, что должно. Елена должна умереть. Таково было желание Ильи Разумовского.
— Потому что он не хотел, чтобы сила, которой он её наградил, попала в чужие руки?
— Как же приятно общаться с умным человеком, — усмехнулась маска, и мне показалось, что слово «человек» вызывало у него… веселье?
Скорее уж какое-то снисходительное выражение. Как взрослый, что смотрит за проделками несмышленых детей.
— Итак, — вдруг сказал он, встав с кресла. — Думаю, что пора переходить к главному блюду.
Щелчок пальцами, и мир вокруг нас закружился в безумном вихре. Короткий миг, за который я испытал приступ головокружения, и вот мы стоим в уже знакомой мне комнате. Только пустой. Почти.
Кровать, на которой лежала девушка, стояла на том же месте. И Елена всё так же лежала, накрытая тонким одеялом.
— Хочешь её спасти? — вновь спросил он и, не дав мне ответить, тут же продолжил. — Заключи с ней новый контракт. Я дам тебе ровно одну попытку. Всего одну-единственную попытку всё переиграть.
И, прежде чем я смог хоть что-то спросить, лежащая на постели девушка открыла глаза.
— Дедушка⁈ — громко, с нотками страха и непонимания в голосе воскликнула она, резко сев на кровати.
А затем уставилась на меня. Перевела взгляд на стоящего рядом со мной… на это существо в костюме и маске. А затем снова на меня.
И лишь после этого её взгляд опустился на упавшее с груди покрывало.
Почему-то именно в этот момент мне захотелось рассмеяться. Абсурдно, но вид того, как резко покрасневшая девушка с воплем завернулась в одеяло, пряча от моего взгляда небольшую, но очень красивую обнаженную грудь, вызвал у меня улыбку.
— Что происходит⁈ — завопила она. — Саша! Что…
— Лен, успокойся, пожалуйста, — мягко, почти нежно попросил я её. — Всё в порядке…
— В порядке⁈ — Она оглянулась по сторонам и, кажется, ещё сильнее закуталась в одеяло. — Где я… Где дедушка…"
"Странно. Я обратил внимание, что она сильно отличалась от того, что я видел раньше. Её кожа не выглядела болезненно бледной, какой я запомнил её у лежащей на кровати девушке, которая была еле жива. Елена выглядела… обычной, если можно так выразиться.
— Как? — спросил я, повернувшись к хозяину этих мест. — Это ведь не она.
— Считай, что это её сознание, — отозвался он. — Всё, что является предметом договора, находится в моей власти.
— Ясно, — только и произнёс я. Больше для того, чтобы просто что-то сказать, а не потому, что вот прямо кристально всё понял.