Я был адвокатом. Честным. Не верите? Зря, ведь именно поэтому меня и убили. Судьба или боги решили дать мне еще один шанс и отправили в мир магии, аристократов и корпораций. Вот только забыли дать мне при этом и магию, и благородный род, поместив в тело простолюдина. Правда все-таки кое-что мне перепало - умение читать эмоции людей. Что ж у меня опять есть возможность заняться любимым делом, ведь адвокат это не профессия — это призвание....
Похоже, «Адвокат империи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но потом всё будет в порядке…
Дальше я его уже не слушал. Ладно, пара дней, но неделя⁈ Это грёбаная катастрофа! Слушание через пять дней. Если Лазарев не придёт в себя к тому моменту…
В дальнем конце парковки наметилось оживление. По изогнутому пандусу спустились сразу четыре крупных внедорожника и люксовый четырехдверный седан.
— О, похоже, что сам граф пожаловал, — задумчиво хмыкнул Распутин.
Григорий оказался прав на все сто. Машины тормознули в нескольких метрах от нас, и наружу высыпали крепкого вида мужики в костюмах.
Из седана наружу выбрался мужчина лет семидесяти в дорогом костюме. То есть нет. Не так. Это я знал, что ему семьдесят пять. Выглядел он как человек максимум лет пятидесяти, постоянно поддерживающий себя в прекрасной физической форме.
Лазарев Павел Владимирович коротко осмотрелся по сторонам, нашёл взглядом Распутина и… скривился? Или мне показалось? Кислое выражение исчезло с его лица так быстро, что я готов был поверить, что мне действительно померещилось.
— Здравствуй, Григорий, — поприветствовал он известнейшего имперского лекаря, подходя к нам.
— И тебе не хворать, Павел, — так же сухо отозвался Распутин и тут же, не дожидаясь вопроса добавил: — С ним сейчас всё в порядке.
— Спасибо, — кивнул Лазарев-старший, а затем повернулся ко мне. — Значит, это вы тот молодой человек, про которого я слышал.
Забавно, но в его голосе в этот раз появились эмоции.
— Зависит от того, что вы слышали, — не стал тушеваться и посмотрел ему в глаза.
Граф посмотрел на меня пару секунд, а затем коротко улыбнулся.
— Наглец. Сын не врал, — как-то совсем по-доброму произнёс он, а затем протянул мне руку. — Григорий сказал, что Рома жив только благодаря тому, что ты позвонил ему так быстро.
На рукопожатие я ответил, но всё же бросил подозрительный взгляд сначала на стоящего предо мной графа, а затем и на Распутина.
— Я уже говорил с ним по телефону, — между тем пояснил Распутин. — И да. Это чистая правда. Если и есть кого благодарить за жизнь твоего сына, Павел, то в первую очередь именно этого молодого человека.
— И я благодарен. — Граф серьёзно посмотрел на меня. — Лазаревы никогда не забывают свои долги, молодой человек.
