Универсальный стол для шестерых в зеленом покрытии становится центром внимания. Три картежника стоят за ним, явно не рады моему приглашению. Моё заявление о пятидецатке неожиданно вызывает ажиотаж вокруг стола, будто я раскрыл тайну всей игры.
Похоже, «Адвокат империи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кто-то, явно считающий себя очень остроумным, прилепил на дверное полотно листок бумаги с надписью: «Desine sperare qui hic intras».
«Оставь надежду всяк сюда входящий». Мило, ничего не скажешь.
Постучал. Ничего. Постучал ещё раз. Открыли мне после четвёртого стука.
— Чего надо? — высунулась наружу взъерошенная и явно недовольная девушка лет двадцати пяти или, может быть, чуть-чуть старше.
— Здрасьте. Меня к вам на распределении направили. Александр Рахманов.
Девчонка нахмурилась, а затем её лицо прояснилось.
— А! Точно! Сегодня же новичков распределяли.
— Да.
— Мда. Не повезло тебе, конечно. Ну заходи.
Ну я и зашёл. Едва оказался внутри, как тут же поморщился. В нос ударил запах табака. Не сильный, но достаточный, чтобы его заметить. Вон и пара пепельниц с окурками стояла на одном из столов. А вообще, не так уж и плохо. Четыре стола, из которых заняты были два. Несколько шкафов для бумаг, папок и прочего. В целом обычная обстановка…"
"…если не считать царящего вокруг бардака.
— Так чем ты так прогневал Игнатьича?
— Чего?
— За что тебя сюда прислали, говорю? — пояснила она, усевшись в кресло. Достала из лежащей на столе пачки тонкую сигарету и закурила.
А я рассмотрел её получше. Невысокая.
— А здесь разве можно курить? — поинтересовался я.
— А кто мне запретит? — пожала она плечами и затянулась. — Начальство сюда заходит только по большим праздникам. А в центре здания вентиляция такая, что отсюда ничего не уходит. И ты не ответил на мой вопрос.
— Да нечего мне на него отвечать, — хмыкнул. — Я сегодня вообще впервые сюда пришёл… чего ты ржёшь?
Она от смеха даже сигаретным дымом подавилась.
— Ой, не могу. Бедняжечка. Ты, наверное, думал, что попадёшь в лучшую фирму в городе, а тебя послали в отстойник, откуда не возвращаются.
И давай дальше ржать.
Мда-а-а. Видать, всё даже хуже, чем я думал вначале.
— Да, я уже заметил, — показал ей листок, который всё ещё держал в руке, но она только махнула рукой.
