Катя молча пожала плечами и села на свою койку. Женщина немедленно присела к ней:
– А я вот через пару денечков выйду, ничего они не докажут. Кражу мне квартирную клеют – продавала у булочной вазу хрустальную, мусора задержали, привезли в ментовку, говорят – вазочка паленая… Я им объясняю – продавала, потому что кушать хотела, вазу до того сама с рук купила, откуда мне было знать, что краденая, на ней ведь печати нет… Ничего они не докажут. А ты сюда за что попала?
– У меня, я думаю, тоже ошибка. Задержать-то задержали, а за что – не объяснили. Наверное, с кем-то перепутали. Ничего, разберутся…
Женщина понимающе кивнула:
– Да, бывает, что и пугают… А с кем спутали-то?
Катя покачала головой:
– Я сама не знаю, тетенька.
Женщина придвинулась к Катерине ближе и перешла на доверительный шепот:
– А ты, дочка, скажи им: так, мол, и так, не моя это работа, сделал ее тот-то и тот, пусть они и отвечают.
– Если бы знала что, так бы и сказала. Ладно, разберутся. Это их проблема…
Добрая соседка сочувственно покачала головой:
– Смотри, милая, бывает, так ошибутся, что… Обидно ведь будет, когда загрузят за чужое…
– Ничего, – улыбнулась через силу Катя. – Бог терпел и нам велел.
– А ты что, верующая? – приятно удивилась сокамерница.
– И верующая, и крещеная.
– На церковь-то, поди, много денег жертвовала?
Катя прижала колени к подбородку и сказала, помолчав:
– Сколько могла – всегда давала… А много – откуда их взять, много-то?
– В банке, наверное, деньги держишь?
Катерина отрицательно мотнула головой:
– Да какие деньги, откуда… Ладно, тетенька, я, пожалуй, посплю.
– Поспи, поспи, милая. – Женщина погладила Катерину по плечу и ушла на свои нары.
Катя закрыла глаза и с облегчением выдохнула. Мысли ее вновь вернулись к Челищеву. Неужели ее подставил Сергей? А ведь больше-то некому… Но почему? За что? Сергей любит ее, это видно… Или любил? Он не мог сделать это просто так, нужна была причина… Когда Челищев снова появился в жизни Катерины, она честно пыталась сопротивляться своему чувству к нему, но тщетно. Он казался ей чуть ли не единственным лучиком света в окружавшем ее все эти годы темном царстве жестокости и расчета. Сергей был другим. Катя это чувствовала, и именно поэтому ему единственному она рассказала о своем сыне, росшем в Приморско-Ахтарске… Внезапно ей пришла в голову мысль, что Сергея могли заставить сделать эту подставу. Но кто? Антибиотик? Зачем? Катя знала, что Виктор Палыч время от времени проводил «смену караулов», убирая людей, которые начинали быть слишком самостоятельными, но это касалось в основном братков до бригадирского уровня.