Письма эти, прежде чем они попали к адресатам, прочитал Антибиотик. Виктор Палыч остался доволен их содержанием – все развивалось именно так, как он задумал. Через два дня ефрейторша передала Олегу новость, от которой он впал в транс. По словам контролерши, Катерина была беременна, у нее начался ранний токсикоз, ее постоянно тошнило и ломало. Сокамерницы Катерины помогали ей, как могли, – беременность еще можно скрыть от мужчин, но не от женщин, которые постоянно вынуждены находиться вместе…
Званцев закаменел, и теперь все его мысли и силы были направлены на то, чтобы вырваться из «Крестов». В своих малявах на волю он указывал «коллегам» на дополнительные финансовые источники, которые можно смело использовать для того, чтобы изменить избранную ему меру пресечения. Помог и Виктор Палыч, сильнее обычного надавив на нескольких своих «звездных» друзей. В отношении дела «бизнесмена Званцева» был организован депутатский запрос в прокуратуру, в городской прессе появилось несколько «проблемных» статей… Результаты не замедлили сказаться. В конце марта Олег Андреевич Званцев вышел из «Крестов», дав следствию подписку о невыезде.
На этот раз никакой помпы вокруг выхода Белого Адвоката не было. Олега встретил подручный Антибиотика Вася и отвез к Виктору Палычу. Антибиотик, чтобы не затягивать визит, сказался больным, но принял Олега тепло и радушно. Пока они обедали и обменивались новостями, люди Виктора Палыча подогнали новенький «форд» с доверенностью, оформленной на Званцева (машина самого Олега, черный «мерседес», уже полгода стояла во внутреннем дворе ГУВД).
Олег сдержанно поблагодарил за помощь. Когда трапеза подошла к концу, Званцев с деланным равнодушием поинтересовался, как идут дела у Челищева и почему он не приехал к «Крестам». Виктор Палыч заохал, объяснил, что дела у Сергея были неважными, но сейчас уже все, слава Богу, нормализовалось, и через пару дней врачи обещали подумать о выписке. Олег кивнул. И спросил о перспективах Катерины. Антибиотик долго молчал, а потом, вздохнув, ответил:
– Ты же знаешь, наркоту отбить трудно. Тем более при таких обстоятельствах… Но ты не думай, мы все силы приложим, постараемся… Срок первичного постановления через два месяца истекает, я думаю, больше в тюрьме Катю мариновать не будут. Зачем им беспредельничать? Отпустят на подписку с Богом… А там мы что-нибудь сообразим… Сейчас обстановка не очень, но через недельку-полторы можно будет свиданьице вам устроить.