– Может, ты и прав, – ответил Олег, немного подумав. – Ну что же, значит, придется мне самому в войну поиграть. Знать бы только, где он сейчас базируется…
– Он как чувствует, все время лёжки меняет. И охрану усилил, а один вообще нигде не появляется.
– Ничего, – сказал Олег. – Попасем. Времени вот только маловато остается. Мне через две недели – крайний срок за сыном в Приморско-Ахтарск лететь надо. Его ж отфотографировать для паспорта нужно, да еще эту фотку с Катькиной смонтировать – если позже, то не успеем…
Они еще около получаса оговаривали разные детали по согласованию действий, по режимам экстренной связи, местам встреч и сигналам предупреждения об опасности. Потом встали из-за стола, обнялись, Сергей заспешил назад, к «девятке» Выдрина, а Олег остался дожидаться возвращения из Питера Федосеича.
Олег выслеживал Антибиотика почти неделю, но старику везло. Он как нарочно игнорировал те места, где Званцев устраивал свои засады. Сергей ничем не мог помочь Олегу – никто не знал, куда поедет Виктор Палыч, где будет ночевать, где обедать… С необходимыми ему людьми Антибиотик теперь встречался таким образом: к назначенному месту встречи подъезжал Вася и забирал человека туда, где ждал Виктор Палыч. Васин джип сопровождали постоянно несколько машин контрнаблюдения. За эти несколько дней Челищев виделся с Антибиотиком трижды, и каждый раз в разных местах.
Званцев, который отлеживался после долгих неудачных засад на квартире в переулке Гривцова, ключи от которой оставил ему Сергей, начал нервничать. Время сейчас работало против него. В конце концов Олег решил устроить засаду, подстерегая Антибиотика у кабачка Степаныча, – это место он приберегал напоследок, как одно из самых перспективных. На душном чердаке пятиэтажного дома, расположенного напротив входа в кабачок, Званцев пролежал двое суток. Антибиотик не появлялся. Олег уже хотел было покинуть свою лёжку, но инстинкт охотника его остановил и заставил пристальнее вглядеться в дверь ресторана покрасневшими от постоянного напряжения глазами. Чутье не подвело его – на двери вдруг появилась табличка: «Закрыто по техническим причинам». Минут через пятнадцать подкатила машина «дежурного экипажа» – четверо быков деловито проверили обстановку и рассредоточились по улице.
Олег сплюнул и выругался. Оставался только один шанс – дождаться выхода.
С каждой новой минутой ожидания Званцев понимал, что перспектива удачного выстрела становится все более и более призрачной – у него устали глаза, они слезились и подергивались в нервном тике, все тело затекло и казалось чужим… Примерно через час после приезда Виктора Палыча в дверь к Степанычу постучал какой-то человек.