– А потом, как назло, еще на переезде стояли…
Антибиотик, которому сорок минут назад звонила Светлана (она поведала о том, какие именно «напряги» были у подполковника), только крякнул по-стариковски, но уличать собеседника в неискренности не стал – какой смысл? На маленькую ложь можно и закрыть глаза, лишь бы по-крупному не врал… Хотя, как говаривал папаша Мюллер из «Семнадцати мгновений весны», «маленькая ложь рождает большое недоверие». С этим афоризмом Виктор Палыч был согласен целиком и полностью. Люди вообще по природе своей лживы, а уж тем более мусора, да еще ссучившиеся… В свое время Антибиотик и подвел к Ващанову Свету из «Тройки» как раз для того, чтобы иметь возможность дополнительного контроля и присмотра за офицером милиции, поэтому никаких иллюзий в отношении абсолютной правдивости Геннадия Петровича не питал. Но Ващанову хватало ума (или страха перед Виктором Палычем), чтобы не обманывать в серьезных вопросах…
– Спасибо тебе, дорогой, что нашел для старика время, – заблажил Антибиотик, прикладывая руку к сердцу. – У тебя служба серьезная, проблемы – государевы… Оно, конечно… У нас-то дела попроще в основном… А тут, как на грех, случилась одна непонятка – и никак, понимаешь, без твоего совета не обойтись…
– О чем разговор, Виктор Палыч! – воскликнул подполковник, присаживаясь к столу. – Кстати, как здоровьице ваше?
– Да ничего, Гена, ничего, – вздохнул Антибиотик. – Годы, конечно, не скинешь, но на пенсию я пока не собираюсь… Вот только уставать что-то стал в последнее время, работы очень много. А где работа – там и проблемы, будь они неладны… То одно, то другое… Веришь, неделю не могу выкроить, чтобы кости прогреть где-нибудь на песочке у моря…
Ващанов сочувственно закивал:
– Да, к морю теплому сейчас в самый раз бы было…
И Геннадий Петрович зябко передернул плечами.
Антибиотик заметил это движение и предложил:
– Как насчет красненького? Кровь согреем – по стаканчику не повредит в такую-то сырость. И для сердца полезно. Мне говорили, что у французов инфарктов практически не бывает, а все потому, что красное вино пьют. А в нем – кислород и солнечная энергия…
– Не откажусь, – кивнул Ващанов, потирая ладони. – Я сегодня что-то целый день на нервах… Погода, наверное, давит.
Неслышно возникший в кабинете официант ловко наполнил два фужера «Хванчкарой» – любимым вином Виктора Палыча – и удалился так же незаметно, как и появился.
– Да, Гена, тяжело тебе приходится, – сочувственно закивал Антибиотик, пригубив свой бокал. – А с другой стороны – кому сейчас легко? Время такое… Раньше говорили: хочешь жить – умей вертеться.