Ну, разве что я подле него, как же иначе…
Беседка была старой и какой-то неухоженной, как и всё хозяйство Скоморошинского, как и он сам.
— Здравствуйте, Алексей Алексеевич! — я поздоровался за руку. Хватка у него была вялая, взгляд отстранённый. — Позвольте присесть?
Он сделал какой-то многозначительный жест рукой, который я посчитал за разрешение и уселся напротив него, после чего достал акт и с некоторым трудом нашёл на столе чистое место, чтобы его приземлить. Покопавшись, положил рядом с актом ещё и ручку.
Он обвёл взглядом стол, на котором, кроме моего акта, который смотрелся совершенно чужеродно, хаотично располагались закуска, пустая залапанная рюмка, почти пустой графин с чем-то мутным. Графин должен был стоять на подносе, но сам поднос подвинут сильно в сторону, на нём лежали, неловко уроненные, ещё три такие же рюмки.
На лавке лежали охотничьи принадлежности, в том числе двустволка, рядом с ней безбожно грязный шомпол и полупустой патронташ.
— Ну что, опять очередной суд, опять нужны деньги? — Скоморошинский не выглядел пьяным, да и голос был скорее уставшим, чем раздражённым.
— Нет. Новости, в сущности, хорошие. Фискальщики подали жалобу на решение, но жалоба была юридически порочна. Словом, решение вступило в законную силу и мне выдали лист.
— Подали всё-таки, — он налил себе из графина, потом, поколебавшись, поставил мне рюмку и тоже налил.
— Жалоба не принята, — терпеливо повторил мысль я. — Решение вступило в силу. Вы меня понимаете, Алексей Алексеевич?
— Понимаю. А что за акты?
— О том, что моя работа выполнена. Прошу подписать и оплатить мой гонорар в сто тысяч рублей.
— Как же она «выполнена»? А где паровоз?
— Мы с Вами его заберём, лист уже у меня. Исполняя лист, нам его отдадут. Вам ещё предстоит придумать, куда его переместить, всё же это не ящик гвоздей, его под стол не поставишь.
— У кума моего база, там и поставим. Ну, вот заберём паровоз, тогда и акты, тогда и про вознаграждение поговорим.
— Размер вознаграждения уже определён. И сроки. По договору, Вы должны их оплатить уже вот сейчас.
— Ну, мы так не договаривались. За что мне платить? Я два года плачу.
— За паровоз. Сегодня оплата, завтра забираем паровоз. Только Вам надо как-то прийти в себя, а то Вы что-то совсем не в фокусе.
— Да нормально я. Ну хорошо, — он хлопнул по столу. — Акты оставляйте, изучу, подпишу. Завтра едем за паровозом. В районе обеда.
— Да, я сразу с деньгами приеду. Оттуда… Где Вы говорили, мой паровоз?
— Я не говорил. Во сколько Вас ждать?
— Ну, пусть будет в два.
— У Вас прямо дома есть наличка для оплаты моих услуг?
— Какое Вам дело? Я два года плачу юристам, обнищал весь. Наличности нет, даже Яшке три месяца не плочено, он не уходит только потому, что верный мне. А Вы всё деньги, деньги.