Есть ещё ходатайства?
— Мы хотим привлечь банк к участию в деле!
— В связи с чем? — опешил судья.
— Ну, истец утверждает, что были оплаты, авансирования. А нам кажется, что оплат не было.
— Кажется? — скептически спросил Родионов.
У них тут не было выражения про «креститься нужно», а если бы было, он бы обязательно его выдал.
— Банк в таких случаях не участник правоотношений, а исполняющий орган, — поумничал я. Хотя мне было и всё равно, банку на наше дело было бы наплевать, мы оба от него ничего не хотели.
— Мы подумаем над ходатайством, — хмуро стоял на своём Рубинштейн.
— Прошу Вас подумать в письменном виде, коллега, — вздохнул судья. — Итак, позиции начинают прорисовываться, общее мнение Ваших сторон понятно. Не буду скрывать, дело большое, точнее сказать, большая сумма исковых требований. Спешить мы не будем, рассмотрим со всем тщанием. А сейчас определимся с датой судебного заседания.
Когда мы выходили из здания суда, я попрощался с Рубинштейном за руку.
— Я полностью отклоню иск, коллега. Только полный отказ. Вы лучше отзовите его, так клиенту и передайте, — молодцевато выдал мне оппонент.
— Коллега, я же получаю за судебные. Поймите и меня, даже за проигрышное дело мне платят, — безобидно ответил я.
— Ну, это я как раз понять могу, — смягчился он. — Тогда просите предоплаты, потому что дело лёгким не будет!
И он ушёл. А вот тот непонятный хмырь, что присутствовал на заседании, нет, не ушёл.
Мы стояли на холме, поросшем шелковистыми травами. Похоже на степи, в которые попадаешь из китайского квартала.
— А теперь поговорим, — я недобро улыбнулся и достал пистолет Кольта, который пугающе привычно сел мне в руку. — Кто Вы такой, что делали на судебном?
— Я слушатель, — невинно развёл руками мужичок. — Просто любопытный гражданин.
— А вы знали, слушатель, что «сольпуги», то есть Братство, находятся вне закона и помогать им в любой форме — это имперское преступление? — без предисловия нахмурился я, переходя к настоящей причине своего интереса и не делая вид, что «Грюнк» обычная фирма.
Он снисходительно поморщился:
— Да я просто любопытный гражданин. Ну, что Вы мне сделаете? Подумаешь, я просто…
Внезапный выстрел из пистолета в грунт холма в паре метров от его ноги заставил его вздрогнуть и замолчать.
— Я не сбил Вас с мысли? — мой пистолет дымился, а лёгкий ветерок уносил сизый дымок. — Или Вы закончили?
— Но ведь по закону, — снисходительное выражение мгновенно спало с его лица, теперь он был бледен.