Когда к чиновнику прилетает задача, которую он явно может отфутболить, то он это сделает. Даже есть вид споров, споров о подведомственности, когда ведомства спорят за то, кто из них будет заниматься той или иной проблемой или задачей.
— Ага, хлебом не корми, дай поспорить, кому эту работу выполнять, — понятливо хохотнула она.
— Ну да. Представь, тебе звонит мелкий купец и рассказывает, что на его лавку налетели два цыгана и пьяный медведь. Кто такими вопросами занимается?
— Полиция. Прокуратура не занимается медведями.
— Воооот. Ты ему так и скажешь, а для того, чтобы человек не заблудился на своём пути к справедливости и не вернулся к тебе обратно (ты уже научена подобным горьким опытом), ты ему и направление подскажешь. Адрес отделения, телефон дежурной части, то есть того, что имеет специальный отряд по борьбе с бандитами с цыганскими медведями. Может такое быть?
Тропа была узкой, и девушка невольно оказывалась со мной рядом, так что я оказывался окутан её запахом.
Вообще-то всё было не так, но меня было уже не остановить.
— Ну, начнём с того, что у ИК есть дежурные телефоны, горячая линия. Туда и набрал. И рассказал, что по долгу своей адвокатской службы столкнулся с наркомафией.
— А они? Послали в полицию?
— И это тоже. Ну я ответил, что им уже сообщил, но они не борются с мафией в целом, их интересуют конкретные преступления, к тому же ситуация для них слишком серьёзная.
— Так твой собеседник понимает, что вопрос в ведении секретной службы?
— Да, причем сам, без подсказки.
— Сказали, что могут зафиксировать сообщение и передать по подведомственности, но могут указать, к кому обратиться и я сам поделюсь своей бедой с компетентным органом. Да, дали номер.
— Снова горячая линия. Ты знала, что «секретчики»,когда им набираешь, не говорят, куда, в какое учреждение ты дозвонился, просто называют свою фамилию? Ну, типа, если собеседник не дурак и понимает, куда звонит, то зачем озвучивать? А если номером ошибся, то название тоже ни к чему.
— Интересная деталь.
— Да. В общем их моя история заинтересовала, они же понимают, куда идёт трафик английского порошка.
Она забавно наморщила носик:
— Слово-то какое необычное, трафик.
— Ангелина Родионовна, — снова поменял я тему. — Скажу тебе честно, что в охоте я не то, чтобы новичок, но всё-таки не сравнить с моим прадедом, который в лес пошёл, когда вообще только ходить научился.
— У тебя был такой прадедушка?
— По маминой линии.
