Когда ты оказываешься в ситуации, когда тебя ждут у входа домой — это уже не просто плохо, а почти ад. Так случилось со мной: встречали два фигуры из мира преступления. Важно помнить, что даже судья не отменяет факт грабежа. Прокурор бы наверняка не подумал, что это обычный случай насилия. Надо было бежать, но ноги болели, вес был крепким, желчный пузыrь распирал живот, и третья десятая ступень казалась нереальной — ведь с этим все закончится....
Похоже, «Адвокат вольного города» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Какой-то частью себя понял, почувствовал, что это именно он, прорыв с той самой Изнанки.
Я не мог объяснить словами, но понимал, что опасность буквально разлита в воздухе. Твари Изнанки, это буквально — смерть.
Из переулка на слабо освещённую улицу рывками выскочили странные и без сомнения, опасные твари. Даже в темноте видно множество зубов. Казаки синхронно развернулись навстречу опасности, с металлическим шуршанием деловито обнажили и подняли шашки.
Чёрт! Мудрость, что «гулять ночью по улице опасно» заиграла новыми красками! Нащупываю в кармане кастет и торопливо вдеваю пальцы.
Через пару долгих мгновений жуткие твари добегают до нас. Казаки молча и сурово рубятся, твари наседают, а я близок к панике. К такому на юрфаке меня не готовили. Ближайший ко мне боец покачивается, монстру почти удалось сбить его с ног.
Кольцо на пальце вибрирует. Иллюзия.
Из ниоткуда в воздухе возникает большой рыжий сеттер, собака моего соседа из моего прошлого мира — словно живая. Сеттер привлёк к себе внимание твари, и та прыгнула на собаку, но ее челюсти клацнули, схватив пустоту.
Иллюзорный сеттер исчез. С остальными порождениями Изнанки казаки прекрасно справляются и сами. Менее чем через полминуты все закончилось, твари валяются на брусчатке, кругом кровища, откуда-то взялись ещё пара дворников, казаки дышат, выдыхая пар, перешучиваются. Тот, который был ближе ко мне, жмёт мне руку.
— Григорий.
— Аркадий, — стараясь не спутать своё новое имя.
— А ты молодцом. Зверюгу-то своего, вскрой, макр твой, хоть и мелкий будет, но, заслуженный трофей!
Под моим изумлённым взглядом он достаёт из-за голенища длинный, слегка изогнутый нож, переворачивает убитую мною тварь, ловко вспарывает ей живот, подцепляет и подаёт наружу какой-то твёрдый предмет.
— Макр должен взять победитель. Традиция! — со знанием говорит он.
Домой, в съёмную комнату добрался без новых приключений, хотя и вздрагивал от каждого шума, тревожно сжимая в кармане кастет.
* * *В моём сне жуткая шипастая тварь повернула голову вверх и протяжно завыла.
