Когда ты оказываешься в ситуации, когда тебя ждут у входа домой — это уже не просто плохо, а почти ад. Так случилось со мной: встречали два фигуры из мира преступления. Важно помнить, что даже судья не отменяет факт грабежа. Прокурор бы наверняка не подумал, что это обычный случай насилия. Надо было бежать, но ноги болели, вес был крепким, желчный пузыrь распирал живот, и третья десятая ступень казалась нереальной — ведь с этим все закончится....
Похоже, «Адвокат вольного города» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Крадучись, бесшумно подхожу к забранному полусгнившими ставнями окну.
У забора тормозит безликая, грязноватая, темного цвета машина и из неё выходят четверо. Трое, каторжного вида молодчика, а с ними, собственной персоной, Бакланов.
Козёл водоплавающий.
Глава 25
— Аркадий, выходи! Мы знаем, что ты там!
Бакланов произносит моё имя протяжно, у него получается «Аркаааадий». При этом морда у него лоснится как у объевшегося сметаной кота.
Не дождавшись ответа, он с притворным миролюбием покачивает головой.
— Мы просто хотим поговорить.
Он продемонстрировал пустые руки, хотя — при движении под пиджаком была отчетливо видна кобура.
Пока все стояли, один из его людей с шумом ломаемых сухих стволов сорняка обежал вокруг здания, вернулся и что-то доложил боссу. Бакланов важно и не сводя глаз с тёмных окон — кивает.
— Не подходи, у меня ружье, на всех патронов не хватит, но двоих завалю! — на пробу кричу в окно, но не высовываюсь, слежу за происходящим сквозь несколько широких щелей в стене.
— Мы точно знаем, что никакого ружья у тебя нет.
— Ну конечно, ты загнал меня как зверя, чтобы просто отпустить! Что там на той Изнанке такого для тебя ценного?
— Значит, — взгляд и тональность голоса Бакланова стали жёстче. — Ты смог туда пробиться, попасть. Сучонок. А говорили, что у тебя только первый уровень. Жаль. Мне искренне жать что ты не послушал меня и не отдал его тогда.
— Он сам от тебя ушёл, — прокричал я в окно, как будто это что-то меняло.
В здание никто из мордоворотов не заходил, все стояли снаружи, но так, что один смотрел на левую стену здания, двое врагов, в том числе сам Бакланов, по центру, еще один — на правый край строения.
Бакланов кивнул и один из головорезов сбегал к машине и достал оттуда массивную канистру местного бензина, а следом на ней — самодельный факел.
— Выходи или мы подожжём эту развалюху, посидим тут ночь, пока всё не прогорит и потом отыщем дорчдрингенд в золе. На Макарьевской никого не бывает.
В горле ком размером с бильярдный шар.
— Считаю до трёх, — Бакланов предостерегающе поднял правую руку, как рефери, который должен озвучить начало боя на ринге. Взгляды всех были прикованы к этой руке.
Впрочем, не всех.
Из проема в заборе беззвучно показалась смутно знакомая фигура.
