Когда ты оказываешься в ситуации, когда тебя ждут у входа домой — это уже не просто плохо, а почти ад. Так случилось со мной: встречали два фигуры из мира преступления. Важно помнить, что даже судья не отменяет факт грабежа. Прокурор бы наверняка не подумал, что это обычный случай насилия. Надо было бежать, но ноги болели, вес был крепким, желчный пузыrь распирал живот, и третья десятая ступень казалась нереальной — ведь с этим все закончится....
Похоже, «Адвокат вольного города» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Оказавшись на свежем воздухе, обратился к растерянной, но всё ещё разгоряченной Пенелопе:
— А какой у тебя ранг? Уровень?
— Третий.
— Тогда… давай попробуем, — взяв нож её рукой (прикасаться к её коже было чертовски приятным), попробовал обратиться к ножу, как к живому, только без слов, мысленно.
Внезапно, клинок прорезал пространство как натянутую бумагу и втащил нас в образовавшуюся брешь, которая почти сразу же сложилась за спиной.
Изнанка! Мы на Изнанке , всё работает.
— Где мы? Что происходит? — недовольно крутила головой девушка.
Пенелопа остановилась, перенос на Изнанку как-то резко отрезвил её, словно вылитое на голову ведро ледяной воды."
"— Где эта грязная татуированная шлюха, что это была за странная лавка, что и как делает этот нож? Объясни! Аркадий, не молчи.
— Клинок называется Джеки Чан, так написано на его полотне, — без колебаний соврал я.
— Никакой, как ты изволила выразиться, шлюхи, нет, уж извини, что так тебя разочаровал.
— А как же…
— Кое-кто из нас двоих поверил слухам, причем циркулирующим в среде городских извозчиков. Догадываешься, кто это был?
— Выходит, я поверила… пришла к тебе, а ты… вот дура. И ты — козёл!
— Ещё и какой. Наговорила мне много громких слов, за это ты должна мне свидание и быть может, не одно.
Изнанка здесь представляла собой степь, покрытую мягкой зелёной травой без всяких монстров.
— Вижу. Это действие артефакта?
— Оно. Но, любой проход нужно оформлять в регистрационной палате. Ты понимаешь, что Джеки Чан нарушает законы республики буквально каждым своим применением? То есть мне есть чего скрывать от государственной власти.
— Никогда у меня ещё руку не просили… в таком тоне.
— Я научу тебя плохому, моя милая Пенелопа.
— Твоя?
— Мы сейчас едем в ресторан и поговорим о том, насколько я тебе безразличен, что ты примчалась, как дракон, чтобы мне это высказать.
— Я не дракон!
— Прекрасный лебедь.
