Автор
В душных коридорах университетского спортзала тренер Бринелли грубо подгоняет студентов в исполнении Адвоката Зверя. Они бегут по кругу, высоко подкидывая колени, на плечах удерживают обрубленные руки — описание напряженной и захватывающей тренировки с элементами хулиганства и непонимания между преподавателем и учениками....
Я очень, очень надеюсь, что этого окажется достаточно. Так как выступаем мы против неизвестного зла.
— Вперед, Лоусон!
Вперед.
Глава 24
«Not all men are annoying me. some are dead»[50]
Пятнадцать минут спустя
Четыре оборотня и два человека вглядывались в мертвенно тихую улицу, еле освещенную мигающими от старости фонарями. Блики тусклого света не в силах были осветить многочисленные углы и впадины, древние подъездные ниши и входы в подворотни. Одна из самых старых улиц города ночью напоминала лабиринт из книги ужасов для экзальтированных девиц: ползущий по камням призрачный туман, сотканный из воздуха и преломляющихся искр лунного света, подозрительные шорохи и неизвестное зло, затаившееся в ночи.
Добирались мы сюда максимально быстрым способом — в звериной ипостаси. Несмотря на уверения Пуфа в том, что подготовка ритуала такого уровня занимает много часов и времени у нас предостаточно, мы все равно спешили, понимая, что сейчас, кто-то неизвестный нам лежит в окружении ритуальных свечей, рун и вспомогательных артефактов, теряя сознание от ужаса и корчась в бессилии в ожидании смерти.
Родди, всю дорогу проведший на черной спине пантеры и проклинающий меня под конец в голос, теперь очищал желудок, держась за стену и пошатываясь.
Брайан вез Пуфа, и оба выглядели вполне довольными путешествием.
— А я нормально доехал, — сообщил наш криминалист.
— Потому что тебя тазом как меня не подбрасывали, и не рычали при этом так, что желудок к горлу сам полз, — огрызнулся бледный Родди.
Сильно его развезло. Нужна действительно веская причина, чтобы воспитанный Родди упомянул чей-то «таз», тем более мой. После подстольного происшествия в Буре мой друг стал еще более деликатным, подчеркнуто равнодушным к темам анатомии, и я его всячески поддерживала, ни взглядом, ни словом не напоминая встречу с Акулой. Но в глубине души бесконечно благодарная за нее.
Я примирительно боднула его мордой.
— Извини, Мари.
Команда слаженно кивнула. Все было не раз оговорено и взвешено, я надеялась, что ничего не упустила, ничего не забыла. Любая мелкая ошибка могла обернуться катастрофой. На кону находилась жизнь и сохранность разума любимого человека.
Как отнесется Итан к тому, что мы рискуем ради него шкурами, думать не хотелось.
