Автор
В душных коридорах университетского спортзала тренер Бринелли грубо подгоняет студентов в исполнении Адвоката Зверя. Они бегут по кругу, высоко подкидывая колени, на плечах удерживают обрубленные руки — описание напряженной и захватывающей тренировки с элементами хулиганства и непонимания между преподавателем и учениками....
А теперь вожак без штаба — какой вожак. Вот на него и начали огрызаться. Поэтому и народ в команде срывается. Понимают, наверно, что все идет к поражению. А кто хочет себе такую запись в личное дело. Слушай, может, ну ее, эту поездку?
«Ну, так дело не пойдет, — подумала я, — проиграть из-за оборотнических стайных штучек? Да ни за что».
— Кай, — твердо сказала я, — считай у Итана есть штаб.
— Это кто? — удивился сообразительный друг.
— Мы — сообщила я и с удовольствием посмотрела, как его брови полезли на лоб.
— Мари, вот за что тебя обожаю, как ты умеешь на пустом месте приключения находить!
И он довольно захохотал.
У выхода с территории спорткомплекса мы встретили грустно сидящего на скамье мага.
— Итан уже освободился? — спросил он.
— Скоро выйдет, а что? — медоед любил новости так же как поесть. А поесть он любил сильно.
Парень вздохнул, потоптался, посмотрел на нас оценивающе и махнул рукой, дескать, какая тут тайна.
— У меня диплом скоро, а я устаю как собака на этих тренировках.
— Ага, — сказала я.
— Ага, — повторил медоед и шепнул деловито. — А что «ага»?
— Да есть у меня на примете отличный маг, Родерик Торш, наш друг, знаешь такого?
Пока медоед думал, уходящий из команды маг покачал головой. Его уставшее лицо выразило все оттенки сожаления по поводу моей наивности.
— Торши прагматики, — сказал он, — в изначально проигранный проект вы их ничем не заманите.
Через двадцать минут мы поймали Родди Торша и сообщили, что хотим записать его на кандидатский отбор в олимпиадную команду.
— Мы-то отбор уже прошли, — гордо сказал Кай. — А тебе мистеру Бриннели физподготовку и мистеру Донахью общие тесты по предметам надо едать. Потом к нам присоединишься, будем штабом Итана.
— Это та команда, из которой все уходят? — уточнил Торш, привычно подкручивая небольшие рыжеватые усики. Наш друг был настоящим франтом, о его складки на брюках можно было порезаться, а упругие усики торчали вечными неунывающими антенками.
