Автор
В душных коридорах университетского спортзала тренер Бринелли грубо подгоняет студентов в исполнении Адвоката Зверя. Они бегут по кругу, высоко подкидывая колени, на плечах удерживают обрубленные руки — описание напряженной и захватывающей тренировки с элементами хулиганства и непонимания между преподавателем и учениками....
— Отвали, — зарычала я в морду с интересом меня рассматривающего Змея, — и крысу свою убери.
— Шеф, откуда она узнала? — запищал Ронни. — Такая злая! Настоящая крысиная самка! Она должна уметь кусаться! Я хочу ей вдуть, шеф!
— Заткнисссссь! — заревела я во всю глотку.
Ронни вдруг открыл рот, вытаращил глаза, затрясся и брякнулся на пол. Он захрипел, обхватил шею руками, с ужасом глядя на меня.
— Дитя-примарх! — неверяще восторженно выдохнул Змей.
А Ронни еще пару раз стукнул пятками по деревянному полу и откинулся, потеряв сознание.
Я впервые применила голос. Все-таки я примарх. О. НЕБЕСА!
— Отпусти меня! — ярилась я.
Примарх счастливо засмеялся.
— Ты очаровательна.
Он размотал кольцо с Итана, концом хвоста небрежно сгреб его вместе с телами девушек в угол. И свернулся, поудобнее сев, чтобы рассмотреть меня.
Потрогал руками мои волосы, провел по бровям, рассмеялся при виде зубов, клацнувших рядом с его пальцами.
— Пусти немедленно!
— Маленькая совсем, слабая. Еще не знаешь, что у каждого из нас своя сила.
— Когда я войду в полное воплощение, я тебя… Я не знаю что с тобой сделаю.
— О, острый язычок — не твой сильный конек, да? Ты у нас скромная девушка.
Надо же, так легко уничтожить меня комплиментом. Как грязью облил.
— Кто же у тебя родитель? Кто отдал жизнь за тебя?
Я замерла. Не веря в то, что услышала. Почему отдал жизнь? Когда отдал?!
Наверно я произнесла это вслух, потому что примарх погрустнел.
— Не знаешшььь.
В помещении усилился горьковатый острый запах.
— Значит это мне придется сообщить тебе горькую весть. Надеюсь, ты оценишь мою честность, — он помолчал пару секунд с нежностью и печалью меня рассматривая. — От нас редко, но рождаются дети. Оборотни. Иногда, почти никогда — люди. Примархом может стать один из наших детей в единственном случае — если уходит кто-то из нас.
Ощущение огромного горя просто обрушилось на меня. Как умер? Значит мой отец умер? Где-то далеко, не зная, что у него есть дочь. Только надеясь на это. Он умер где-то одиноким, так ни разу и не посмотрев мне в глаза, не подержавшись за руку.
Я всхлипнула. Слезы потекли из глаз, а вытирать я их не могла.
