История молодого сибирского бизнесмена Сергея Козодоева, который обманул своих близких, чтобы завладеть коммерческой фирмой. Его мать, разочарованная поступком сына, вынуждена противостоять его опасной игре в период становления рыночной экономики в России.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Афера для своих»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
История молодого сибирского бизнесмена Сергея Козодоева, который обманул своих близких, чтобы завладеть коммерческой фирмой. Его мать, разочарованная поступком сына, вынуждена противостоять его опасной игре в период становления рыночной экономики в России.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История молодого сибирского бизнесмена Сергея Козодоева, который обманул своих близких, чтобы завладеть коммерческой фирмой. Его мать, разочарованная поступком сына, вынуждена противостоять его опасной игре в период становления рыночной экономики в России.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вьетнамцы, снявшие квартиру в доме напротив Козодоева, с первых дней вычислили «наружку» и теперь навязывали Ефремову и его помощникам свои правила."
"– Одной проблемой меньше. Пора действовать! – вслух сказал Игорь и поехал в наркологический диспансер.
Кайгородову он вызвал в коридор, ведущий в подсобные помещения – самое удобное место для разговора наедине.
– Возьми пудреницу и попудри носик, – приказал Игорь.
– Две сигареты дашь, тогда сделаю, – дерзко ответила Кайгородова.
Ефремов обернулся в сторону коридора, ведущего в женские палаты. Кайгородову били по лицу не раз и не два, и это движение головы – проверить, нет ли лишних свидетелей за спиной – она хорошо знала.
«Сейчас он мне врежет так, что я улечу к дверям каморки, где прячут швабры. Спрашивается, зачем на грубость нарываться? Понятно же, что за меня никто не заступится. Больным в стационаре наплевать друг на друга, а санитары скажут: „Сама напросилась! Сотрудник милиции просто так кулаками махать не будет“. Что за жизнь! Повеситься, что ли?»
– Я передумала, – остановила Ефремова девушка. – Давай пудреницу. Ого, дорогая вещица, фирменная! Мне что пудрить, нос?
– Нос, лоб, щеки – что угодно. Смелее, Лена, эта вещица не кусается.
Кайгородова выполнила указание. Ефремов осторожно, двумя пальцами, взял пудреницу, посмотрел в косо падающем свете, достаточно ли четкие отпечатки пальцев оставила наркоманка.
– Сойдет! – решил он. – Вот что, красавица, запомни, заучи, как «Отче наш», – у тебя два пути: или ты будешь делать все, что я скажу, или я упеку тебя в психушку до конца дней твоих. Посмотри в окно. Один неверный поступок – и ты больше никогда не выйдешь во двор. Тебя перевезут в соседний корпус и будут колоть «лекарствами» до тех пор, пока у тебя крыша не съедет. Об этой пудренице никому не говори. Я приеду на следующей неделе и объясню, зачем ты мне нужна.
– Твоему приятелю тоже ничего не говорить?
– Какому приятелю? – не понял Ефремов.
– Твой друг Олег приезжал ко мне три раза, передачки привозил. Хороший парень, добрый.
– Никому – значит, никому.
– А я ведь вспомнила тебя! – всматриваясь в лицо оперативника, сказала Елена. – Ты работал в Ленинском РОВД, в наших дворах иногда появлялся. Весь загадочный такой, в модных джинсах, с кожаной папочкой под мышкой. Наташа Голубева как-то пьяная в наши дворы пришла и говорит: «Этот мент в меня влюбился, раскрутить хочет». Было такое или она наврала?
Ефремова провокационный вопрос не смутил и с толку не сбил. Он за годы работы в милиции научился оставаться невозмутимым в любой ситуации.
– Голубева? С трудом представляю, кто такая. Одноклассница Сергея Козодоева? Что она говорила? Что я переспать с ней мечтал? Ну, ну! Свежо предание, да верится с трудом.
