В декабря 1992 года, в сердце Москвы, начинается масштабная афера. Преступники планируют укралить миллионы с банковских счетов, все это происходит под прикрытием обычной компании по ремонту офисных зданий. В центре сюжета оказывается не просто подрядчик, но и рядовой сотрудник правоохранительных органов, который начинает распутывать клубок узких связей и коварных интриг....
Ты не в обиде? Послушай, Игорь, кто за мое лечение платил?
Ефремов молча показал на себя.
– Если у тебя денег хватило меня без очереди на лечение оформить, значит, я тебе по-настоящему нужна. Давай сразу уточним: ты со мной спать будешь? Нет? А почему? Я плохо выгляжу или заразиться боишься?
– Я умею отделять котлеты от мух. Ты мне нужна для дела, и только для дела."
"– Зря! Я бы не против с тобой поразвлечься. Ты мужчина видный, суровый… Все, все, больше не буду! Давай о Козодоеве.
– Я хочу посадить его за грабеж.
– Когда с меня шапку сняли? Конечно, помню. Какой-то подонок сзади подбежал, шапку с головы рванул и смылся. Я вышла на проспект, плачу от обиды. Мимо едет милицейский патруль. Подобрали меня, поколесили по дворам, никого не нашли и поехали в райотдел. Дежурный не хотел от меня заявление принимать, но менты, которые привезли меня, настояли, и он зарегистрировал происшествие, но дело возбуждать не стали. Через неделю меня вызвал опер и говорит: «Вот тебе старая бесхозная шапка, и вали отсюда.
– Что ты хочешь, начало года! В январе нельзя по показателям падать, иначе потом не выберешься. Ты не запомнила человека, который на тебя напал? Понятно.
– У тебя есть фотка Козодоева? Я что-то забыла, как он выглядит.
– Все есть…
Ефремов посмотрел на наркоманку и понял, что наступил решающий момент: или она станет надежным партнером, или придется искать другую «жертву».
– Я все разыграю, как по нотам: могу Сереге в волосы вцепиться, могу в милиции такую истерику закатить, что всем отделом откачивать будут. С памятью у меня полный порядок – провалов нет, свою роль выучу – комар носа не подточит. К наркоте пока не тянет. И в притоны не тянет. Ты понял, о чем я? Мне некуда возвращаться после выписки. Ты же не будешь забирать меня для проведения следственных действий из какой-нибудь наркоманской дыры?
– Я вижу, ты уже продумала, где поселиться.
– У твоего друга Олега.
– Он мне не друг, а подчиненный, но я его жильем не распоряжаюсь.
– Сама все сделаю, лишь бы ты палки в колеса не вставлял.
– Он звал тебя к себе жить?
– Пока нет, но позовет. Он ничего не теряет, у него пустая хата в центре города стоит, от тетки досталась. Отчего бы там не поселить бедную девушку, твердо вставшую на путь исправления?
Ефремов помолчал, рассматривая, как дворник откидывает снег от входа в женский корпус психбольницы.
