В декабря 1992 года, в сердце Москвы, начинается масштабная афера. Преступники планируют укралить миллионы с банковских счетов, все это происходит под прикрытием обычной компании по ремонту офисных зданий. В центре сюжета оказывается не просто подрядчик, но и рядовой сотрудник правоохранительных органов, который начинает распутывать клубок узких связей и коварных интриг....
– Вначале ограбил, а теперь над памятью моего жениха глумишься? Да я тебя!
Кайгородова вскочила со стула и явно хотела вцепиться в Сергея, но следователь успела схватить ее за руку и вернуть на место.
– Потерпевшая, это что такое? – прикрикнула Ахмедова. – Я могу прервать очную ставку по другим основаниям…
– Я на вашу очную ставку не напрашивалась! – сквозь слезы истерично выкрикнула Кайгородова. – Он лишил меня памяти о любимом человеке, он плюнул мне в душу, а я должна его усмешки терпеть? Чтобы ты сгорел в аду, подонок!"
"– Давайте уточним, – предложил сбитый с толку адвокат, – кто этот мужчина, подаривший пудреницу?
– Да какая тебе разница, кто? – окрысилась Кайгородова.
Елена зарыдала. Следователь дала ей воды, попросила успокоиться. Пока потерпевшая приходила в себя, свою версию знакомства и отношений с потерпевшей рассказал Козодоев.
– Каюсь, – в конце рассказа сказал Сергей, – как-то не удержался и ударил Кайгородову по лицу, разбил ей нижнюю губу.
– Потерпевшая, у вас есть шрам на нижней губе? – спросила следователь.
Кайгородова прекратила всхлипывать, молча кивнула.
– Вот, видите! – обрадовался Сергей. – Откуда бы я знал про шрам, если бы не был знаком с ней десять лет назад? Она все выдумала, хочет на деньги меня развести. Я знал Кайгородову, когда учился в десятом классе. Она была девушкой моего друга Михаила Быкова. Мы встречались в одной молодежной компании. После самоубийства Быкова Кайгородова предложила мне быть ее парнем.
– Вы как-нибудь можете объяснить осведомленность подозреваемого о шраме у вас на губе? – спросила следователь.
– Могу. Вот шрам, – Елена пальцами вывернула губу наружу, показала Ахмедовой шрам, – а вот тут, слева, у меня трех зубов нет – хулиганы выбили в 1985 году. В 1988 году я попадала в автомобильную аварию.
– Не надо, – поспешно остановил девушку адвокат. – Мы на слово поверим.
– Ребра, зубы, перелом пальца на правой ноге – это все Козодоев сделал? – с вызовом спросила Кайгородова. – Как он только не убил меня!
– Надо запросить документы об аварии, – попросил следователя Дробышев.
– Запрошу, – пообещала Ахмедова.
– Погоди, – опомнился Козодоев. – Давай с друзьями разберемся.
