История молодого сибирского бизнесмена Сергея Козодоева, который обманул своих близких, чтобы завладеть коммерческой фирмой. Его мать, разочарованная поступком сына, вынуждена противостоять его опасной игре в период становления рыночной экономики в России.
– Все в городе содрогаются при одном упоминании о нем, а я – ничего, сижу с Джо за одним столом, пью вино».
Федосеева посмотрела на опустевшие тарелки, промокнула губы салфеткой.
«С вьетнамцем я еще не пробовала», – промелькнула хмельная мысль.
– Пошли, – предложила она.
Ночью Джо проснулся, вылез из-под одеяла, сунул ноги в тапочки, накинул расшитый китайскими драконами халат, пошел в туалет.
«Старею, что ли? – подумал он. – Раньше я по ночам не просыпался. Может, простыл или, того хуже, простатит подхватил? С проклятой сибирской погодой что угодно можно застудить, а в чем причина, не узнаешь. Парадокс рыночной экономики: платных врачей нет, а в поликлинике меня лечить не будут, потому что я иностранец и нигде не прописан».
Из личных апартаментов Джо спустился в комнату охранников, по-хозяйски толкнул дверь, вошел в прохладное, еле отапливаемое помещение. В дежурке был полный порядок. Один охранник играл в примитивную компьютерную игру «Диггер», другой спал. Старший смены только что вернулся с обхода.
– Все спокойно! – доложил он.
– Сколько сейчас времени? – спросил Джо. – Девять утра? Что-то я не слышу работниц в цеху.
Охранники переглянулись.
– Джо, сегодня суббота, – напомнил старший смены. – По выходным девушки работают с одиннадцати часов.
На первом этаже административного корпуса располагался нелегальный цех по разливу водки. Работали в нем девушки-вьетнамки, уволенные по сокращению штатов с завода химического волокна. По двенадцать часов в день они сортировали и мыли пустые бутылки, счищали с них старые этикетки и наклеивали новые. Двое парней-вьетнамцев разливали в бутылки спирт, разведенный водопроводной водой. Из одного литра технического этилового спирта получалось три литра водки. Некрепкой, с осадком на дне бутылки, зато без привкуса сивушных масел и резкого запаха ацетона. Сибирские пьянчужки вьетнамскую водку уважали. Еще ни один человек ею не отравился.
– Сходи в теплоузел, открой вентиль в мою спальню на всю мощь, – распорядился Джо. – На улице мороз, стены остыли. Сплю, как в холодильнике.
– Будет сделано, – заверил старший смены.
– До обеда меня не будите, сам встану. На кухне распорядись, чтобы завтрак был готов в любой момент.
Джо вернулся в свои апартаменты, сел в кресло, из плоской металлической коробочки достал сигариллу «Даннеманн», изготовленную из отборного суматранского табака. Плеснул на дно квадратного бокала виски, сделал глоток, закурил.
«Холод иногда полезен.
