Автор
В темном и пугающе холодном зале, где воздух напоминает смрад затхлой бочке, Фредди замолкает, лишь хрипя от боли. Я играю в рулетку с Сатаной, говоря ему: "Трое... удар... Два... Удар..." Кровь выцветает мозаикой красок на его лице, а жуткий зал погружается в ужасную иллюзию бесконечной ярости....
Электрические несовпадающие глаза смотрят на меня, обрамленные длинными густыми ресницами. Один глаз такой темный, что кажется черным. А другой — льдисто-голубой, такой светлый, что кажется белым. Инь и янь.
Через левый глаз проходит тонкий белый шрам, придающий его лицу мужественный вид.
Это лицо завораживает. Оно опасно.
— Я старался не причинять тебе боль, — рычит он, низко вздымая грудь. От звука надвигающейся опасности в его тоне у меня в животе образуется яма. Я никогда не боюсь демонов, но этот заставляет мое сердце колотиться, а ладони покрываются испариной.
Именно поэтому он должен умереть.
— Жаль. Я пыталась сделать все с точностью до наоборот, — огрызаюсь я.
Его губы украшает небольшая улыбка. В другой жизни он вписался бы в компанию моих приспешников. Он красив и страшен одновременно, вдыхает ужас и выдыхает призрачную красоту. На него больно смотреть. Его лицо покрыто шрамами, его глаза тревожны. На уголках его рта застыл отпечаток тяжелой жизни. Его красота может быть присуща только лицу дьявола.
— Твоя душа соткана из серы и огня, — шепчу я, подходя ближе к нему. — Иди ко мне, маленький демон. Я покажу тебе, как на самом деле выглядит дьявол.
Его улыбка расширяется, и он встречает меня на полпути, с легкостью блокируя каждый из моих ударов, но и не умудряясь нанести ни одного собственного. Мы почти равны.
Я боролась всю свою жизнь. Боролась с папой и его наказаниями. Боролась, чтобы выбраться из опасного культа, чтобы сражаться с демонами, населяющими эту землю грязью.
Мне удается ударить его кулаком по щеке. Он не вздрагивает от удара, а впитывает его, как полотенца, которые Тимоти использует для отмывания крови демонов.
Он смотрит на меня, его глаз дергается от гнева. Он делает паузу, и, несмотря на то, что мой мозг кричит моему телу продолжать борьбу, мои конечности тоже замирают. И, как и раньше, его рука вырывается, нанося удар, как гадюка, и врезается прямо в мой нос.
Моя голова откидывается назад, и по лицу разливается острая боль. Звезды усеивают мое зрение, а сила его удара отбрасывает меня назад. Мои тапочки теряют связь с поверхностью, и я падаю назад.
Кровь хлещет из носа, и я издаю разочарованный визг.
Гребаная наглость! Какая же наглость у этого ничтожного паразита!
Бросив на него взгляд, я обнажаю окровавленные зубы.
— Я тебя, блять, убью, — угрожаю я.
