Вот описание для вашего текста: Здесь начинается первый том «Афганского рубежа» — жестокого противостояния между призраками войны и отчаянными бегством из оккупированного афганского поселка. Раненый Димон и его проводник Карим вынуждены прятаться в темноте, словно безымянные обитатели подземных теснейших уголков. Впереди — опасный спуск и тропа через скалистую пустошь, что ведет к затерянным среди гор лагерям агентурных проводников....
Похоже, «Афганский рубеж 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А то что, салабон⁈
— Фух, — выдохнул я и медленно поднял руку. — Я вас предупреждал.
Откуда-то запахло табачным дымом, но я не акцентировал на этом внимание.
— Ты как со мной разговариваешь⁈ — возмутился начбез. — Фима ваш говно. И как командир, и как лётчик.
Правой рукой зажал кисть Баева. На лице подполковника появилась небольшая тревога. Его пальцы я сжал так, что послышался небольшой хруст. Чувствую, как он пытается сопротивляться, но уж слишком этот человек меня разозлил.
И тут по голове Баева прилетело что-то очень тяжёлое.
Прозвучал тихий кашель. В темноте я разглядел стоящего с сигаретой Ефима Петровича.
— Вечер перестал быть томным. Верно, Саш? — спросил он у меня, подойдя ближе.
— Зато чрезмерно весёлый, — кивнул я на Баева.
Енотаев бросил на землю окурок и затушил его ногой. Начальник службы безопасности полётов продолжал лежать на спине. Он только «похрюкивал», будто его нос заложен.
— Сознание потерял. Ты случайно не видел, как это случилось? — спросил у меня Енотаев.
— Не-а, — покрутил я головой.
— Солнечный удар? — уточнил Ефим Петрович.
— Скорее тепловой. Ночи в Джелалабаде жаркие.
— Согласен. Не знаешь, когда и сознание потеряешь, — произнёс комэска и показал мне, чтобы я помог поднять начбеза.
Оставлять на земле нельзя. Простудиться может или чего серьёзнее подхватить.
Мы подняли Баева и понесли его к модулю, где он и проживал. В пути он всё так же был без сознания.
— Несильным получился «тепловой» удар? — спросил я.
— Вроде нет. Заговорился просто Кузя. Он и в училище таким был. Однокашники мы с ним, — поделился воспоминаниями Ефим Петрович.
Пока Енотаев рассказывал историю их взаимоотношений с Баевым, мы дотащили начбеза до модуля."
"— В общем и целом, мы всегда с ним были соперниками. Точнее, он сам так думал. Обиделся, что не он первым слетал экзамен на «отлично» из нашего набора. Расстроился, что я закончил на одни «пятёрки» единственный на выпуске, а он с одной «четвёркой».
— Это как?
— Ну, я не постеснялся подойти к девушке, в отличие от него. В итоге, 15 лет я с этой девушкой живу в одной квартире.
— А у товарища Баева?
Начбез что-то пробормотал, но так и не пришёл в сознание. Знатно его вырубил комэска.
— Кузьма Иванович женился на генеральской дочке. Так что всё у него хорошо.
