В Афганистане, где жара переполняет дух, экипаж вертолёта действует на пределе своих сил и рассудка. Сердце бешено колотится, а холодок пробегает по рукам — даже при такой необычайной жаре. Тяжёлая работа взрывника сближает его к самому краю человеческого умения сохранять спокойствие и контролировать свои эмоции. Капля пота, попавшая в рот, охладила голову, и тут же привкус соли подействовал как мгновенный импульс вдохновения и страсти....
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но такое внимание от известного лётчика-испытателя тешит моё самолюбие.
— Товарищ командир… — начал отвечать я, но Геннадий Павлович меня остановил.
— Пока ты ничего не сказал Сан Саныч, поясняю, что ты можешь подумать и отказаться. Твоё место займёт кто-то другой, поскольку ты уже хлебнул Афгана достаточно.
Отказываться не по-мужски. Всё же, от войны никогда я не бегал, но и сам на неё не просился.
— Товарищ командир, думать тут нечего. Есть приказ, значит, еду.
Медведев кивнул, встал из-за стола и вновь подошёл ко мне.
— Не сомневался в тебе. А что скажешь по кандидатурам оператора Пётра Казакова и бортового техника Алексея Муркина. Возражения есть?
Это были те самые Петруха и Лёха, которые сегодня выполняли со мной полёты. В Афганистане успел побывать только Лёха. Пётр — парень способный. В нём я уверен.
— Возражений нет.
— С какой базы будете работать неизвестно. Ты же в Баграме был? — спросил замполит.
— И в Джелалабаде недолго.
Начальник политотдела кивнул, а Медведев вновь взял слово.
— Думаю, что опять в Баграм. И от границы далеко, и работы будет достаточно. В Панджшере всегда есть угроза. Кстати, как думаешь, твоя невеста нормально воспримет командировку? — уточнил Геннадий Павлович.
Очень интересный вопрос. Отношение моей девушки к такому развитию событий мне ещё предстоит узнать. Мы с ней вместе несколько месяцев, но такого испытания в наших отношениях ещё не было.
— Она из семьи военного. Ей не привыкать, — ответил я.
— Ещё какого военного! Тогда иди отдохни. Послезавтра увидимся, — сказал начальник Центра и отпустил меня.
Пока я дождался автобус, на улице успело стемнеть. Моя служебная квартира находилась в микрорайоне, который так и назывался у местных — городок лётчиков. Обыкновенный район, состоящий из нескольких пятиэтажных домов.
Во многих окнах нашего многоквартирного дома уже горел свет. Мужички с пустыми мусорными вёдрами и сигаретой обсуждали футбол и рыбалку. По тротуарам стучали каблуки девушек и слышно шорканье туфель парней, спешащих на танцевальную площадку в городской парк.
— Быстрее, а то мама убьёт, — пробежали мимо меня две девушки в светлых платьях.
Видимо, опаздывают после прогулки.
Я поднял голову и увидел как зажёгся свет в моей квартире на втором этаже. Из открытого окна доносится приятный запах жареных котлет и картошки. Жаль, что не из моего.
Войдя в подъезд и поднявшись к себе, по-прежнему ощущал этот запах.
