В Афганистане, где жара переполняет дух, экипаж вертолёта действует на пределе своих сил и рассудка. Сердце бешено колотится, а холодок пробегает по рукам — даже при такой необычайной жаре. Тяжёлая работа взрывника сближает его к самому краю человеческого умения сохранять спокойствие и контролировать свои эмоции. Капля пота, попавшая в рот, охладила голову, и тут же привкус соли подействовал как мгновенный импульс вдохновения и страсти....
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так что не стоит техникам стоять рядом, когда мы будем взлетать.
— 2й, готов, — доложил я в эфир.
— Понял. Консул, 901й, взлёт парой со стоянки, — запросил Евич.
— Разрешил, — ответил руководитель полётами.
Секундная пауза и Андрей Вячеславович начал командовать.
— 2й, внимание. Взлетаем, — спокойно сказал Евич, и мы одновременно оторвались от поверхности.
Вертолёт ровно висит над стоянкой. Органы управления работают плавно. Параметры в норме.
— Пошли в разгон, — скомандовал Андрей Вячеславович, и я аккуратно наклонил нос Ми-24.
Земля быстро стала проноситься мимо нас. Стрелка указателя скорости быстро ускоряется по часовой стрелке. Евич слегка впереди. Отметку в 100 километров час на приборе быстро проскочили.
— Прибор 200.
— Установил. Справа на месте, — доложил я.
— Уходим на маршрут, — скомандовал Евич.
Ручку управления плавно отклонил влево и вслед за Андреем Вячеславовичем направился вглубь пустыни Регистан.
— До района работы 150. Расчётное время прибытия — 5 минута следующего часа, — по внутренней связи доложил Петруха.
Глава 29
Шум в кабине действовал убаюкивающе, но постоянное маневрирование вслед за моим ведущим Евичем не давало расслабиться. Хотелось бы спокойно полюбоваться видами просыпающейся пустыни, но не до этого сейчас.
— Справа кишлак. Обойдём левее, — сказал в эфир Андрей Вячеславович.
— Понял, — ответил я.
Вертолёт Евича резко отвернул влево и снизился к самой земле, поднимая песок барханов. Я отклонил ручку влево и направился вслед за ним. Сигнал опасной высоты на мгновение заработал, а затем умолк.
Бросил взгляд вправо, чтобы увидеть тот самый кишлак, который пришлось облететь."
"Он представлял собой три разрушенных дувала. В центре этого афганского «хутора» — небольшой оазис с пальмами и высохшим озером. Признаков жизни никаких. Только на длинном древке на ветру развивается разорванное красное полотно.
— Параметры в норме, — проговорил я про себя, смотря на приборы контроля силовой установки.
В такую жару значения оборотов и температуры двигателей требовали постоянного контроля. Чем дальше вглубь пустыни, тем кажется ещё жарче.
— Командир, 10 минут до прибытия, — доложил Петруха по внутренней связи.
— Понял. Ждём, когда Евич будет запрашивать группу.
Ещё пару минут спустя показались горные хребты, разделяющие Афганистан и Пакистан. Я взглянул на карту, чтобы оценить, где примерно находится главный «переход» через горы Чагай.
— Рядом граница.
