Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
Раздел Chitat.online для книги «Афганский рубеж 3» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боевой летчик получает второй шанс, попав в прошлое — в Афганистан 1980 года. Его боевой опыт становится бесценным оружием в руках советского командования на самом опасном фронте. Среди зноя, пыли и огня гор герой должен выжить и выполнить миссию, которая может изменить ход войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Очень хорошо. Кто отдал приказ на прикрытие группы спецназа?
— Я, товарищ генерал-полковник, — ответил Ефим Петрович.
— Вы отдали приказ, чтобы не залетали на территорию Пакистана?"
"Комэска давал такой приказ. Похоже, всё идёт, как должно.
— Нет, — ответил Енотаев.
По кабинету прокатилась волна удивления. Больше всех был удивлён Целевой.
— Значит ли это, что лейтенант выполнял ваш приказ и наносил удары по пакистанским войскам?
— Так точно, — спокойно ответил Енотаев.
— Товарищ командующий… — начал я говорить, но меня тут же остановили.
— Лейтенант, выйдите из кабинета, — встал из-за стола генерал-лейтенант Целевой.
— Рэм Иванович, в чём дело? — возмутился командующий 40 армией.
Я чего-то совсем не понимаю. Что тут происходит?
Целевой поправил седые волосы, взял стакан воды стоявший перед ним и выпил.
— Я думаю, надо этот балаган заканчивать. Вот мой письменный доклад, — протянул Целевой бумагу генерал-полковнику.
Тот начал читать, а Целевой снова взглянул на меня.
— Лейтенант Клюковкин, вы свободны. По распорядку дня, — повторил генерал-лейтенант.
— Товарищ генерал…
— Клюковкин, вы слышали что сказал генерал Целевой? Вы свободны, — положил перед собой бумагу командующий. — И оправданы. К вам претензий нет.
Глава 5
Спорить с командующим 40й армии я не собирался. Но никакого облегчения на душе у меня не было.
А ещё эта фраза про то, что я оправдан, меня только больше зацепила. Как будто тут был суд и я предстал перед советским правосудием. Но, как это ни печально, оно — это самое правосудие, оказывается сейчас слепым.
— Лейтенант Клюковкин, вы свободны! Возвращайтесь в расположение вашей группы и продолжайте исполнять обязанности командира звена, — сказал командующий армией и указал мне на дверь.
— Есть! Разрешите идти? — спросил я, вытянувшись в струнку.
Командующий застыл на своём месте, поглядывая в сторону генерала Целевого. Пока что моё предположение в том, что весь удар на себя решил принять заместитель командующего. А ведь Рэм Иванович в эфире запрещал работать в воздушном пространстве Пакистана!
И Енотаев зачем-то решил на себя принять вину. Ну, отправили бы меня в Союз в худшем случае. Зато Ефим Петрович дослужил бы до пенсии спокойно. А теперь неизвестно, как будут командиры распределять степень вины между собой.
— Ничего больше не хотите сказать? — задал мне вопрос командующий армией.
— Я уже всё в бою сказал, товарищ генерал-полковник.
— Так то в бою! — указал пальцем в потолок командующий и встал со своего места.
Он медленно шёл в мою сторону под тихое жужжание холодильника. Видимо, снова этот элемент местного интерьера требует жёсткой руки.
— Достал меня этот электропогреб, — воскликнул командующий и со всего маху приложился ладонью по двери холодильника.
