В Афганистане, где жара переполняет дух, экипаж вертолёта действует на пределе своих сил и рассудка. Сердце бешено колотится, а холодок пробегает по рукам — даже при такой необычайной жаре. Тяжёлая работа взрывника сближает его к самому краю человеческого умения сохранять спокойствие и контролировать свои эмоции. Капля пота, попавшая в рот, охладила голову, и тут же привкус соли подействовал как мгновенный импульс вдохновения и страсти....
Похоже, «Афганский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Саныч, что там происходит? Как там наши парни? — быстро спрашивал Валера.
— На связь выходят, подробностей сказать не могу. Поскольку сам не знаю.
Уточняющие вопросы от техсостава я оставил без ответа. Пока что лучше не афишировать информацию из района высоты 799. Но вот серьёзным ребятам в очках это не объяснить."
"Они готовы меня слушать, а точнее «сильно настаивают» на этом. С ними рядом находился и наш особист — майор Турин. Так что принадлежность данных господ к одному Комитету сомнений не вызывает.
— Александр Александрович, доброго дня, — подошёл ко мне парень в очках и с бородой на лице.
Такое ощущение, что он её отрастил совсем недавно. Слишком она у него аккуратная.
— И вам не болеть, — пожал я протянутую мне руку.
— У меня и моих коллег к вам есть вопросы. Пройдёмте с нами…
— Если вы не заметили, мы немного заняты. Вернулись с боевого вылета. Готовимся к повтору, — поспешил я отказаться от приватной беседы.
— Не стоит. К вам много вопросов, и вы на них ответите, — сказал бородатый и указал мне на КДП.
Глава 2
Сцена на стоянке поразила меня оригинальностью. Я мог предположить, что по возвращении с вылета мне предъявят обвинение в нарушении приказа вышестоящего начальства, инструкций, и, само собой, норм международного и гуманитарного права.
Скорее всего не успел ещё Пакистан сделать заявление на весь мир.
Вот меня и терзают смутные сомнения по поводу темы приватной беседы.
— Товарищ, я не знаю, как вас зовут. Если вы не заметили, у нас идут очень серьёзные мероприятия.
— Александр Александрович, боюсь, перенести нельзя, — сказал бородатый, достав сигарету из пачки.
Он не сводит с меня оценивающего взгляда. Буквально прожигает меня, пытаясь загипнотизировать или напугать. Ни то ни другое у комитетчика не получается.
— Товарищ майор, ваши коллеги в курсе, что идёт операция и я, как исполняющий обязанности командира звена…
— Сан Саныч, операция вступила в стадию завершения.
Тогда вопросов у меня нет. А вот недоумения остались.
— Я к вашим услугам, товарищи.
Бородатый вновь показал в сторону КДП, и мы направились на разговор. Тут же меня догнал Кеша.
