Автор
Свинцовые облака нарушали солнечный свет, скрадывая его и давая лишь рассеянное мерцание. Вертолёт снижался по мягкой спирали вниз, подгоняясь к узкому городку за пределами горизонта. Плотная морось не позволяла различать детали местности — только черные шторы туч скрывали леса и поля.
Похоже, «Афганский рубеж (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Карим, будь готов сразу всех запускать, — сказал Батыров.
Сверху запустили ещё одну ракету вверх, осветив тропы на склоне. Теперь можно разглядеть площадку. Да точно наши.
— Вон куда можно сесть, — указываю я на каменистое плато.
Высотомер показывает 3900, а бойцы готовятся сесть к нам на более высокой точке. Только бы ещё взлететь оттуда.
— Оно же маленькое, — говорит Батыров."
"Если быть точнее, то оно узкое. Полукругом окружено горным склоном. Сесть можно только боком.
— Тут нет аэродрома. Садись, где показали! — настоятельно сказал я и Димон начал снова карабкаться вверх по спирали.
— Как взлетать будем?
— Как сядем, так и взлетим, — ответил я.
Двигатели работают тяжело. Посматриваю на площадку. С разных сторон идут мелкими группами бойцы и постоянно отстреливаются. А внизу бой идёт ещё плотнее. Один взрыв! Второй! Третий!
— Миномёт! — крикнул Батыров и вильнул вправо, прекратив набор.
На площадке несколько взрывов. Всё в пыли. Виден только край обрыва и как продолжают забираться наши ребята.
— Чего творишь?! Давай выше, — говорю я, посматривая на приборы.
Высота 3950, и нужно ещё дотянуть. Батыров слегка подтягивает рычаг шаг-газ, но вертолёт отзывается плохо. Помогаю ему, толкая ручку от себя, слегка разогнав Ми-8. Димон вновь начал набирать высоту по спирали.
— Саня, мы сядем, но не взлетим. Давай другую площадку.
— Ты духам тоже скажешь подождать?
На площадке толпится народ, отстреливаясь по подступающим духам. Начинаем снижаться к площадке. Пока идём мимо неё, но потом подравняемся.
Поток ветра сильный, удерживать вертолёт сложно. Тут и по фюзеляжу одна за одной прилетают пули.
— Зависай! И боком туда, — держусь я за органы управления.
Скорость загасили. Трясёт и вибрирует в теле каждая кость.
— Промахиваемся! 3 метра! — громко говорит Батыров.
Слегка отклоняю ручку влево. Выравниваю нос и касаюсь колёсами площадки.
— Шаг не опускай! — громко сказал я.
Сбавлять мощность нельзя, иначе не взлетим с такой высокой площадки. Спецы начинают запрыгивать внутрь и помогать раненым. Даже в сумерках видно, насколько парни измождённые.
Вокруг подымается дым от зажжённой шашки, но духи продолжают стрелять беспорядочно.
— Быстрее! Быстрее! — кричит в грузовую кабину Димон, а вертолёт тем временем просаживается всё ниже.
Справа продолжают стрелять. Несколько пуль разбивают правый блистер, засыпая осколками пол кабины. Как же долго тянется время!
Одного из бойцов тащат на плащ-палатке. Ещё кто-то идёт с окровавленной рукой и головой.
