В добрый путь! Сержант с надеждой глянул на усатого водителя, летящего в неведомое направление. Жирный парень, казалось, готов был объехать поселок Кияница кругами ради краткого разговора. Новый лейтенант, с его новенькими погонами и выцветшей гимнастеркой, подтверждал честь своей службы. Улыбка на лице молодого человека не скрывала легкой задиристости....
Кто-то, верно, для того, чтобы как-то подбодрить себя, запел:
Утро кра-асит нежным све-то-омстены древнева-а Кремля-а,просыпается с рассве-ето-омвся Сове-етская-а земля-а.Холодок бе-ежит за во-оро-от,шум на улица-ах сильне-ей.С добрым утром, ми-илый го-оро-од,сердце Ро-одины мое-ей!Егор сам не заметил, как стал подпевать. Громче и громче:
Кипучая-а, могучая-а,никем не-по-бе-димая-а, –страна-а моя-а, Москва моя-а –ты самая люби-имая-а!Ехали долго. Шесть суток. Делали длинные остановки на крупных станциях.
А потом их ожидала короткая солдатская баня, облачение в армейскую форму, казарма учебного батальона. И четырехмесячная учеба, готовившая солдат для охраны советской границы. Тактика, основы криминалистики, строевая и физическая подготовка, стрельбы, ведение рукопашного боя: «Длинным – коли! Коротким – коли!»
Интересно было распознавать следы.
Интересно было учиться ходить по-пограничному: бесшумно и одновременно быстро. Такое передвижение в корне отличается от обычной ходьбы: нужно, в зависимости от ситуации, мгновенно принять решение, где следует ступать с носка на пятку, а где с пятки на носок, к тому же, чтобы веточка сухая не хрустнула или камушек невзначай не тронуть.
Навыки эти ох как пригодились сначала на границе, а потом на фронте…
Через четыре месяца были экзамены, принятие присяги и распределение по заставам девяносто второго пограничного отряда НКВД СССР в количестве двух с половиной тысяч человек.
