В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
– А телефон верный?
– Верный, – кивнул Вадим. – Я два раза уточнял. Телефон тот самый, какой записан у нас.
– Но Лизы там нет?
– Нет и не было, – подтвердил Вадим. – Должно быть, они с Сеней заодно? Вот вдвоем и дали деру.
Но в этот момент дверь офиса отворилась, и в него вошел Сеня. Один. Физиономия у парня была слегка помятой, и весь его вид говорил о том, что всю прошлую ночь он спал мало, а пил много.
– Выходит, она дала не свой телефон, – рассудительно заметил Сеня, когда ему рассказали новость об исчезновении Лизы.
– Потрясающая дедукция! – воскликнул Вадим. – Ясное дело, что не свой. Наверняка и адрес фальшивый! Помню, я, когда звонить начал, еще удивился, что телефон начинается на семерку, то есть это где-то район Звездной или Ленинского проспекта, а в адресе она дала проспект Большевиков. Но там телефоны совсем с других цифр начинаются.
– Что же ты раньше молчал? – возмутился Дима. – Только сейчас до тебя дошло?
– Да я не придал тогда этому особого значения, – забормотал Вадим. – И что с того, что девушка не свой телефон указала? Подумаешь! Может быть, у нее с этой бабкой какие-то свои личные счеты?
– Надо бы проверить, не пропало ли чего в офисе, – произнес Костя.
Все немедленно кинулись проверять. Борисов пошел к своему сейфу, куда уже перекочевали все паспорта и деньги из тайника под подоконником. Все было на месте, о чем Борисов шепотом и сообщил Диме, а тот уже довел до сведения общественности.
У остальных тоже ничего не пропало. Только у Вадима из стола исчезла треснутая кружка.
"– Вот и все! – грустно сказала Кира, когда вся четверка собралась возле стола Леси в приемной. – Только у нас появляется подозреваемый, как бац! И его уже нет!
– Вы как хотите, а я отправляюсь следить за вдовой Семицветова! – сердито заявила Леся. – Просто безобразие, что мы так долго пренебрегали этой женщиной.
– И родственниками Сидора Поликарповича, – машинально подсказал ей Дима.
– Да! Да! И ими тоже! В общем, мы с Кирой едем следить за ними! Борисов пусть остается тут, все равно с его больным горлом ему лучше на улицу не соваться. А ты, Дима, остаешься его охранять.
И подруги, наплевав на служебные дела, отправились по делам следствия. Дима с Борисовым промучились до обеда, а потом дружно решили, что сидеть в офисе, где ровным счетом ничего не происходило, они не в силах.
