Я почувствовала, как плохое предчувствие запустило свои тонкие паучьи лапки в грудь и старательно стало вить паутину сомнения.
— Аппарат Управления Планеты предписал мне жениться в максимально короткий срок на цваргине. Мне уже больше двухсот лет, но при этом я являюсь героем Цварга…
Я оглохла от услышанного. Даррен продолжал что-то говорить ровным спокойным голосом, но сердце в груди билось о рёбра с таким грохотом, что это заглушало слова адмирала.
—… собственный ребенок, раз произошла такая ошибка.
— Да-да, я всё понимаю, — произнесла заплетающимся языком.
— Джерри, это всего лишь недоразумение. Я уверен, что смогу решить эту проблему. Слышишь? — В голосе Даррена послышалось напряжение.
«Тебе всего лишь надо жениться на молодой цваргине и завести собственного ребёнка…»
— Хорошо, — Дарр помолчал, а затем перевёл тему: — Как у вас там дела на Зарине?
Не знаю почему, но я не смогла сказать, что уже покинула атмосферу планеты. Видеосвязь не была подключена, Дарр не видел, где я, а я… Просто пересказала отчёт лейтенанта Раймона. Адмирал поблагодарил меня за всё, пожелал успехов и пообещал, что как только разберётся с проблемами, тут же прилетит обратно. Мы попрощались.
Следующий день прошёл для меня как в тумане. «Ястреб» уверенно летел по заданным координатам в сторону Цварга, но уже не на полной мощности. Я выключила часть позитронного реактора и снизила скорость. Мне требовалось время, чтобы всё тщательно обдумать и уложить в голове. Я думала о том, что, в целом, раса цваргов слишком малочисленна, и предписание Аппарата Управления можно понять. О том, что адмирал Нуаре заслуживает того, чтобы у него была любящая женщина, которая подарит ему ребёнка. В принципе, ко всему этому я была морально готова ещё тогда, когда Элизабет впервые заговорила о моём будущем, если я останусь сигма-агентом адмирала Нуаре. Шварх, я же действительно была готова стать пожизненной тенью Даррена! Так почему же так больно, словно на меня набросилась стая диких пчёл, и они беспощадно продолжают жалить?!
Как назло собственные мысли и эмоции не хотели выстраиваться в ровный ряд. Меня штормило, было до глубины души обидно. Несмотря на пожизненный договор с Особым Отделом, ещё неделю назад я чувствовала себя самым счастливым человеком в Федерации Объединённых Миров, а сейчас я ощущала себя потерянной. Одна в глубоком космосе, не знаю куда лететь и что делать. Лишь далёкие звезды издевательски мерцают в иллюминаторе, словно говоря: «Неважно, куда ты направишься и что решишь делать. Ты всего лишь маленькая таноржка, которая не имеет права на собственное мнение. Ты вообще никто».