Я искренне поблагодарила Дика и попросила выслать официальный протокол встречи и акт приёма задания. С одной стороны, с учётом того, что сейчас первичное освоение Зарины — внутренние дела Космофлота, эти документы далеко не самые важные. С другой стороны, я прикинула, что если всё-таки информация о наших с адмиралом отношениях просочится в широкие массы, то эти документы будут не лишними. В Особом Отделе нас обучали азам управления общественным мнением. Как на любые компрометирующие записи и снимки следует заранее готовить контркомпромат, так и на любую возможную утечку информации, порочащую репутацию клиента, необходимо подготовить более крупную «рыбу». Наверняка в жёлтой прессе рано или поздно появится новость обо мне и адмирале Нуаре, выставленная не в лучшем свете. Все тут же подхватят и начнут её тщательно обмусоливать. Если помножить на состояние Нуаре и количество отвергнутых им женщин, так или иначе пытавшихся занять положение в Космофлоте через постель, я уверена, что грязи в новостях будет очень много. По опыту знаю, что обязательно найдётся какая-нибудь мразь, которая с удовольствием переврёт и приукрасит всё, что касается адмирала Нуаре, лишь бы засветиться в прессе. Вот если в этот момент грамотно слить информацию о том, что во время отношений со своим адъютантом адмирал подготовил Зарину для будущего курорта, интерес к его личной жизни резко отойдёт на задний план. Все знают, сколько денег приносит Федерации Зоннен, а Зарина уже сейчас обещает быть даже красивее и лучше самого популярного морского курорта.
Это и многое другое крутилось у меня в голове. Я на автомате отдавала приказы, связывалась с секретарями адмиралов, мастерски уходила от неудобных вопросов, перепроверяла отчёты Дика через инфосеть...
Даррен позвонил как раз тогда, когда я на предельных скоростях истребителя пролетела приблизительно половину пути до Цварга. Его голос звучал устало, и так как адмирал сам связался со мной лишь по аудиоканалу, я не посчитала нужным включать видео со своей стороны.
— Джерри, привет. Ты ещё не спишь? Я не разбудил тебя?
Перед ответом я зачем-то бросила взгляд на коммуникатор, на котором отражалось время на Зарине. Поздний вечер, но ещё не ночь.
Несколько секунд в эфире стояло молчание. Лишь тихое дыхание в наушнике говорило о том, что собеседник не закончил вызов, а точно так же молча сидит на той стороне. Дарр явно собирался мне что-то сказать, и, судя по его голосу, я уже знала, что именно он мне сообщит.