Как нам удалось спасти в то время «Благодатный», просто ума не приложу. Если бы не Сергей Кириллович… Это мой муж, — пояснила она, — мы поженились с ним через год после смерти отца. Он не только выплатил отцовские долги, но и оставил «Благодатный» на моем имени, хотя это не играет сейчас никакой роли. Теперь я полная его наследница. — Анастасия Васильевна всхлипнула и приложила платочек к глазам. — Мой муж был благороднейшим человеком, Алексей. Он сделал мне предложение в страшное для меня время, когда все, даже друзья отца, отвернулись от нас. Мы с тетушкой были на грани того, чтобы пойти по миру. — Она тоскливо вздохнула. — Сергей Кириллович был почти в два раза старше меня, но мы прожили в счастье более пятнадцати лет.
А потом вдруг объявился Прохор… и убил моего мужа.
— Когда это случилось?
— Три года назад. — Анастасия Васильевна расплакалась всерьез. — Заявился неожиданно. Худой, словно его на солнце долго сушили, лохматый, передних зубов не хватает, но пальцы в золотых перстнях и трость из слоновой кости. Хвастался, что фарт ему подвалил небывалый, но можно, дескать, еще прихватить, и гораздо больший, если я соглашусь с ним бежать и стать его невенчанной женой. Я, помнится, посмеялась. Говорю: «Я тогда за тебя замуж не пошла, когда ты молодой и красивый был, а сейчас и подавно не пойду!» Видите ли, — пояснила она, заметив, что Алексей недоуменно поднял брови, — Прошку отец воспитывал в нашей семье с пяти лет. Поговаривали, что он был суразом[43], якобы от маминой горничной, но все это полнейшая ерунда. Отец если и грешил, то не в собственном доме. У него был свой определенный кодеке чести, и он его придерживался, даже тогда, когда пил уже по-черному. Тетушка рассказывала, что отец подобрал Прохора в тайге во время охоты — грязного, шелудивого, худющего… И фамилию ему дали по кличке любимой собаки отца — Сипая, который его в кустах обнаружил. Отпарили его после, отмыли, откормили, вырастили… — Анастасия Васильевна покачала головой. — Отец любил Прохора безмерно, да и он за ним словно собачонка везде бегал, а вырос, в настоящего цепного пса превратился. За отца горло готов был перегрызть. Первым поверенным отца был, во всех его делах разбирался. Одного не пойму, почему позволил ему спиться и не усмотрел, когда он ночью из дома вышел… А через несколько дней тело отца в Провале всплыло.
