Его близостью, его запахом, тем, что наконец можно не оправдывать себя и не сдерживаться. Сознание благополучно подернулось туманом, и в нем не осталось ни одной связной мысли. Я растворялась в осторожных, ласковых прикосновениях языка, тянулась навстречу, как росток к солнышку, и понимала, что пусть и нет пресловутых звездочек перед глазами, вот это – то, чего мне не хватало. Не помню, как мои руки оказались на плечах Рэма, как пальцы начали поглаживать его затылок и в какой момент поцелуй перестал быть осторожным и нежным."
"Едва барс почувствовал, что я отвечаю, и с большой охотой, как он резко выдохнул и впился в мои губы с такой страстью и нетерпением, что я чуть не задохнулась. Это было сладко, это было невыносимо упоительно, ликование мешалось с предвкушением, создавая хмельной коктейль, напрочь сносивший все последние барьеры. Как мы пробрались в квартиру, не вспомню, лишь острый слух отдаленно отметил звон ключей, после чего меня просто подняли и внесли в коридор, не прерывая поцелуя. Потом… Процесс избавления от верхней одежды я тоже помню довольно смутно, мне казалось, если я хоть на мгновение оторвусь от Рэма, уже исчезнет он, и я проснусь у себя дома, одна, а все окажется только чудесным сном. Губы словно покалывало сотнями маленьких иголочек, жар постепенно стекал по шее, плечам и груди вниз, испаряя кровь, оставляя вместо нее тягучий сироп. Свитер немилосердно натирал слишком чувствительную кожу, мышцы свело в болезненной судороге ожидания, и тело само послушно льнуло к Рэму, подставляясь под его прикосновения.
До спальни меня тоже донесли и там аккуратно уронили спиной на широкую кровать. А вот тут мы уже не спешили, наслаждаясь каждым мгновением, раздевая друг друга неторопливо, внимательно изучая и пальцами, и ртом. Я плавилась, распадалась на множество осколков, чтобы собраться вновь в единое целое и вздрагивать от уверенных, медленных ласк Рэма. Мои подушечки скользили по мощным мышцам, обводили выступавшие вены, губы выкладывали замысловатые узоры на теплой гладкой коже. Когда же ладонь барса провела по бедру, мягко отведя мою ногу в сторону, и его пальцы добрались туда, где сосредоточился весь жар желания, я тихо застонала, подавшись навстречу и зажмурившись до разноцветных кругов. Словно сквозь туман услышала негромкий, хрипловатый шепот:
– Рыся моя…
После этого сознание уплыло в далекие дали, оставив мне чистое наслаждение и нараставший восторг. Мы вместе, мы принадлежали друг другу, я – ему, а он – мне, и это было восхитительно, волшебно. И правильно. Внутри вместе с ликованием росла уверенность, что именно так – правильно.