– Глупости какие, это я тебя долго ждал, – проворчал Рожнов. – Точнее, искал, – поправился он и легонько погладил мое плечо. – Завтра постараюсь узнать, что там с этим некромантом, и поставим тебе еще одну защиту, раз он в сны уже твои повадился проникать. Тоже небось ритуал какой-нибудь, – буркнул Рэм недовольно."
"Я тихонько вздохнула и улыбнулась. Беспокоится. Приятно. А еще Рысей называет, и мне это нравится тоже. Мерзкое ощущение от сна-яви постепенно проходило, тревога отступала, и снова начал подкрадываться сон. В этот раз я уснула без страха, точно зная, что второй раз у этого ушлого некроманта не получится.
Несмотря на неспокойную во всех смыслах ночь, утром я проснулась на удивление выспавшаяся, причем раньше Рэма. Часы показывали восемь, и в принципе можно было с чистой совестью дрыхнуть еще час точно, но я не хотела. Покосилась на Рожнова: он безмятежно спал, вертикальная морщинка на лбу разгладилась, и пальцы сами потянулись погладить слегка колючую щеку, пройтись по таинственно мерцавшему в полутьме спальни узору на виске. Но я сдержалась, лишь мягко улыбнулась, а в груди толкнулась нежность. Будить не хотелось, пусть спит. Осторожно выпуталась из его рук, барс только сонно пошевелился, приоткрыв глаза, я легко коснулась приоткрытых губ и шепнула:
– Рано, поспи еще.
Он вздохнул, перевернулся на бок и вроде снова размеренно задышал. Я набросила халат и бесшумно вышла на кухню, чувствуя умиротворение и покой. То, что Рэм остался у меня, не вызывало никаких душевных терзаний или неприятия, казалось, квартира приняла его. И мне казалось это добрым знаком, уж не знаю, как дальше будут развиваться наши отношения. Пребывая в расслабленной задумчивости, я сделала себе какао, потом села на подоконник и посмотрела на темную улицу. Почему-то вспомнила бабулю, и вдруг страстно захотелось позвонить ей и поделиться переменами, произошедшими в моей жизни. Не сомневаюсь, она только порадуется. Взяв домашний телефон – за трубкой не стала в спальню идти, чтобы Рэма не разбудить, – набрала знакомый номер. Уверена, она уже не спит, бабушка ранней пташкой была, тем более на ней теперь дела всего клана. Я оказалась права, родной голос раздался буквально через пару гудков.
– Аленка? Привет, случилось что? – тут же спросила Ева, и в ее словах я расслышала нотки тревоги.
Улыбнулась, прислонившись к стене, отхлебнула горячего какао, проследив, как ранний прохожий, подняв воротник – сегодня Питер радовал мелкой осенней моросью, – спешит по тротуару, и ответила:
– Случилось, бабуль, только хорошее, не волнуйся. Я… с Рэмом осталась, – все-таки запнулась, щекам стало тепло от легкого приступа смущения.
– Вот и молодец, – неожиданно спокойно отозвалась бабуля. – Он хороший мальчик, присмотрит за тобой.