Живописная девушка из коммуналки, одетая уже в кофту и тапочки, выглянула из-под одеяла. Её лицо было потемневшим от усталости, но взгляд оставался ярким и решительным. В комнате были лишь необходимые вещи — всё было чистым и простым, но в ней зарождалась мысль о новом пути: стать агентом «Ван Хельсинга»....
Чародейка глубоко вздохнула, прикрыла глаза и погрузилась в музыку. Она сама не заметила, как заметались вокруг ее рук серебристые искры и запылали бирюзовым пламенем глаза, ее тело двигалось синхронно с пальцами Гайре, волшебница больше не пыталась подстроиться под Годявира. Маг окончил играть, и Мирослава замерла, изогнувшись и запрокинув голову. В воздухе повисла звенящая тишина, а после послышались одинокие хлопки. Чародейка открыла глаза и выровняла спину, цыган стоял рядом с ней и аплодировал.
— В тебе случайно нет цыганской крови? — спросил он.
— Очень в этом сомневаюсь, — насмешливо отозвалась Мира и снова собрала волосы на затылке в узел.
— Пожалуй, нам уже пора, — бережно кладя гитару на землю, сказал Лоэгайре и поднялся. — Был рад тебя повидать, Годявир.
— Я тоже, — цыган пожал ему руку. — А фламенко ты играешь все также хорошо, не растерял за годы сноровки.
— До свидания, — очаровательно улыбаясь, попрощалась волшебница.
— До свидания, Элис.
Годявир снова поцеловал ей руку и озорно блеснул своими черными глазами, Лоэгайре ухмыльнулся.
— А у тебя и правда, неплохо получилось, — негромко заметил он, поправляя на поясе свою шпагу.
Они неспешно шли по освещенной полной луной пустой улочке, вдыхая аромат цветущих в чьем-то саду апельсинов и роз.
— Да? — чародейка удивленно приподняла брови и выбила каблуками туфель несколько триолей.
— Я ожидал худшего, — губы мага расплылись в нахальной усмешке.
— Засранец, — скривилась волшебница и скрестила руки на груди.
— Ага, — протянул он, а затем, резко посерьезнев, метнулся в сторону, увлекая девушку за собой.
С крыши впереди расположенного дома сорвался сгусток огня и полетел в сторону магов. Как ни странно, огненное заклинание без труда прошло сквозь защиту Лоэгайре, а вот об Щит Мирославы раскололась, будто гнилой орех. Маг грязно выругался, пытаясь высмотреть сквозь мельтешащий рой серебристых искр нападавшего. Чародейка наугад метнула в сторону крыши несильное заклятие.
— Пора сваливать, — сварливо заметил Гайре. — Не хватало еще Инквизицию дождаться.
— Ты мне ничего не хочешь объяснить? — возмущенно поинтересовалась Мира, догоняя бегущего легкой трусцой мага.
— Я знаю не больше твоего.
— Вот не надо только мне заливать тут! Обманывать можешь девок своих, а мне правду говори!! — чародейка остановилась и уперла руки в боки.
