Живописная девушка из коммуналки, одетая уже в кофту и тапочки, выглянула из-под одеяла. Её лицо было потемневшим от усталости, но взгляд оставался ярким и решительным. В комнате были лишь необходимые вещи — всё было чистым и простым, но в ней зарождалась мысль о новом пути: стать агентом «Ван Хельсинга»....
Зал был совсем близко, он уже слышал заунывное пение. Татуировка на правом плече заколола — верный признак того, что рядом творится сильное волшебство. Потом потеплел рисунок на левом запястье — это в бой вступила Мирослава, ему пора было начинать действовать.
Ляна с ужасом следила за руками мага, выводящими над ней всякие замысловатые пассы. Знаки на ее теле начали жутко печь и чесаться, но пошевелиться девушка не могла. Внезапно маг замолчал, а затем в его руках сверкнул черный с волнистым лезвием кинжал.
"Эфир предстал перед чародейкой во всем своем многообразии и непостоянстве. Она находилась совсем рядом с центром очень сложного и не лишенного изящества энергетического плетения, главный узел которого находился над бетонной плитой в зале. Все заклинание было запечатано одним именем — Велиал. Мира осторожно и медленно коснулась энергетического узла, у нее было очень мало времени, чтобы его распутать.
Ланселот рывком преодолел большую часть зала и вонзил один из клинков в ближестоящего чернокнижника, тот с хрипом повалился на пол. Остальные всполошились и, не переставая петь свою жуткую песню, двинулись на него. Разрисованная кровавыми знаками Ляна медленно заносила над своей грудью обсидиановый кинжал. Со всех сторон на рыцаря посыпались удары, мечи серебристыми молниями метались вокруг него, защищая и иногда болезненно жаля врагов.
Мирослава сидела совершенно неподвижно, из-под опущенных век сочился мягкий бирюзовый свет.
— Аня, к нам идут, — тихо сообщил Антон, прицеливаясь из своего арбалета в одного из приближающихся колдунов.
— Давай, лучше я, — предложила девушка, снимая автомат с предохранителя.
Чародейка безжалостно разрывала тонкие нити плетения, пробираясь к самому центру узла. Оставалось совсем чуть-чуть.
Ланселот вонзил клинок в грудь одного из чернокнижников и пнул другого в живот. Главный маг участия в драке не принимал — он руководил Лиляной, которая сейчас изо всех сил старалась не вогнать в свое сердце обсидиановый кинжал.
