Внутри темного здания на первом этаже кипела жизнь — здесь было не меньше места для всех желающих. Несмотря на менее ухоженный вид по сравнению со стратегическим дворцом Афин Пифона, помещение точно могло вместить всех, кто его искал. Гер намеревался найти Лисандра, высокопоставленного военного в Спарте, ответственного за флот и обладающего значительной властью....
Сколько просите? - спросила, глядя на Алима, на лице старого знакомого не дрогнул ни один мускул, даже тени страха не мелькнуло, а ведь его только что чуть не отхлестали по плечам и голове.
- Ааа, - протянул ехидно хозяин живого товара, - так бы и сказали, что он вам нужен! - льстиво разулыбался гад. - Золотой обол.
У меня челюсть отвисла.
- Эка ты загнул, - заговорил гиатрос Иринеос, всё это время молча следивший за происходящим, - не больше десяти медных. Ты посмотри, какой он тощий, нам кормить его - не выкормить!
- Тощий, м-да, - было видно с каким сожалением согласился с ним работорговец, - но зато он учёный, много, где бывал, знает больше сказок, чем ты можешь себе представить! Развлекал этнархов и важных вельмож.
- Пять, - хмыкнул целитель, - или мы уходим.
Я хотела возразить, но кинутый в мою сторону быстрый взгляд Иринеоса, помог вовремя захлопнуть рот.
Торговец надулся, даже чуток покраснел, впервые я видела, как человека буквально жаба душит. Не дождавшись ответа, лекарь подхватил меня под локоток и мы шагнули было прочь от помоста, как в спину донеслось:
- Господа! Я согласен! Забирайте!
- Сделай лицо построже, - шикнул мне гиатрос Иринеос, - уж больно довольное оно у тебя стало.
Я, следуя совету друга, чуть нахмурила брови, и обернулась к рабовладельцу.
Ноги Алима были закованы в ржавые кандалы, те же были соединены тяжёлой цепью, которую вбили колом в землю. Освободив араба от кандалов, передали цепь Эолу, тот, как ни чём ни бывало, обмотал ею кулак на два раза и араб, словно бычок на привязи, пошёл за ним следом.
Стараясь не смотреть на старого знакомого, быстро купили необходимое, в том числе и новую мужскую тунику с сандалиями и вернулись на площадь, где нас ждала повозка с улыбающимся Асэ подле.
Парнишка сильно удивился новому члену нашего маленького отряда, и, закидывая рулон крепкой ткани на дно телеги, нет-нет, да поглядывал на равнодушного ко всему происходящему Алиму.
Сам Асэ давно получил свободу, он мог уйти от своего хозяина - гиатроса Иринеоса, но не сделал этого.
- Алим, забирайся в телегу, - сказала я ему.
