В глубине леса, среди дикой стаи волков, жила девушка Агнесса. Несмотря на страх и ненависть, с которыми ее окружали, она начал понимать истинное сердце этих зверей. День за днем жизнь зависла на волоске от милости беспощадных существ. Но что же было в конце?
Через некоторое время со мной уже здоровались двое парней из «Фонда Рекки», трое последователей Грофа и парочка экстрасенсов. Это были приятные и умные ребята, и если они мне порой и казались странными, то я держала свое мнение при себе и не пыталась вступать с ними в дискуссии.
Сеанс у Вадима обычно продолжался около часа; после того как Виолетта выходила из кабинета, Вадим нередко приглашал меня зайти к нему — под предлогом того, что ему нужно обсудить со мной какую-то деталь. На самом деле ему было просто приятно со мной общаться.
И кстати, он был действительно хорошо эрудированным и не по возрасту компетентным психологом. Когда Дорфман прислал нас сюда, я боялась, что Виолетта попадет в руки горе-специалиста, который будет уверять, что все ее беды исходят от бабушки по материнской линии и двоюродного дядюшки по отцовской, и чтобы разрешить ее сегодняшние проблемы, надо вспомнить свои чувства и ощущения в нежном возрасте двух лет. Но, по счастью, у Вадима был уже немалый клинический опыт, и он не ограничивался одним каким-либо методом.
Вадим воспринимал это как личную трагедию. Я понимала его: он хотел помочь всем своим пациентам, даже тем, кто этого не хотел. С возрастом это обычно проходит.
— Подумать только, такая красивая, такая умница… И так губить свою жизнь.
— Вадим, не пытайтесь пробить лбом стену, если вам даже удастся, то что вы будете делать в соседней камере? Это не мои слова, а Станислава Ежи Леца.
