Автор
Находясь в самой пиковой тоске после ужасающего опыта, героиня невольно возвращается в давние дни, где боль обрушивается на нее лавиной. Каждое воспоминание озаряет ее душу огнем и мраком, заставляя падать на землю в истеричных криках боли.
Похоже, «Агония Хана» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мне страшно и больно от его слов, и пол уходит из-под ног. Меня всю трясет от дикого ужаса и от понимания – мне не верят. Меня считают лживой подделкой и ничто теперь и никто не помогут мне заставить Хана поверить…
– Тамерлан!
– Хан! С этой секунды я для тебя Хан и твой господин. Смотреть только в пол и со всем соглашаться. Одно неверное движение, и я тебя уничтожу. Не забывай, что ты – никто!
Притянул к себе еще ближе.
– Сколько стоила твоя внешность? Что еще в тебе переделали, чтобы свести меня с ума. А твой…твой любовник, куда он тебя трахал.
– Не знаю…, – ответила со слезами и облизала разбитые губы. – Я ничего не знаю. Мной играют против тебя. Меня используют…Она…она предлагала мне выкрасть бумаги, предлагала, а я отказалась. Она хотела, чтобы я убила тебя…это правда. Но я не стала…даже когда не помнила себя, все равно любила. Я отказалась и…
Расхохотался зло, надтреснуто.
– Отказалась, чтобы сыграть в свою игру. Зачем тебе деньги Сансара, если можно получить все от меня! Я видел…и слышал все записи ваших разговоров. В моем доме работают камеры и жучки. Я всегда и все знаю!
– Все не так…все было не так! Позволь мне рассказать тебе! Тамерлан! Любимый!
Схватил за щеки и изо всех сил оттолкнул от себя так, что я врезалась в стену.
– Дать тебе возможность жалить, змея? Нет, ты будешь молчать и заговоришь тогда, когда я скажу.
– Заставь Цэцэг говорить! Заставь ее сказать правду!
– Цэцэг больше никогда не заговорит. Она лишилась языка и сослана прочь!
Я смотрела на него и глотала воздух, не веря, что это происходит на самом деле, не веря, что Тамерлан не узнает меня.
– А теперь я хочу, чтобы ты внимательно меня слушала. Одно неверное движение в этом доме, и я прикажу своим людям насиловать тебя часами при мне.
Никогда я не слышала ничего более жуткого от него…Да, меня нет в его сердце. Там живет что угодно, но только не любовь даже к мертвой ко мне. Хан никогда бы никому не позволил прикоснуться к своей птичке. Он бы убил ее сам…Только я для него не птичка, а исчадие ада, и кому-то это на руку. Кто-то постарался убедить его в этом.
