В глубокой атмосфере ночной Москвы, где каждое звено сети событий переплетается в удушающей неволе вражды, между людьми и их идеалами. Регина стремительно скрывается от опасности, но настигнуть ее может только тот, кто сумеет проникнуть за обволакивающую тишину жестокой борьбы в своих представлениях о мире....
Рейман своим поведением все обесценил. И их прошлые отношения, и ее порывы. О дружбе речи не шло, но они могли остаться в нормальных человеческих отношениях. Могли относиться друг к другу нейтрально. Но Рейман пожелал другого.
Оставить без внимания его звонок матери Регина не могла. Вероятно, этого он и добивался.
— Не звони моей матери! Не тревожь ее! — накинулась на него, как только он ответил.
Влад рассмеялся, не спеша ни оправдываться, ни хоть как-то объясняться.
— И перестань писать мне гадости!
— Я ничего не писал тебе, — хладнокровно солгал.
— Оставь меня в покое, иначе я все расскажу Вадиму.
— Расскажи, — со смешком отреагировал Рейман. — Что именно ты ему расскажешь? Что я твоей матери позвонил и побеспокоился о ее здоровье?
— О твоих сообщениях расскажу, которые ты мне каждый день с незнакомого номера шлешь!
— Это не я, — спокойно продолжал утверждать Владик. — Не знаю, с кем ты еще спуталась и кто тебя каждый день достает, но я тебе ничего не шлю."
"На какой-то момент Регина засомневалась, но сомнения свои тут же отбросила, вспомнив выпад с парфюмом.
— Не ври!
— Признаюсь, один раз было. Тогда, после нашего разговора в кафе. Но ты меня сама довела, выставив перед друзьями на посмешище. Я сделал это на эмоциях и не жалею. За это могу перед ним извиниться. Ведь, правда, трусливо вы поступили, не смогли в глаза признаться. Ведете себя как крысы. А больше я тебе ничего не писал.
— Больше некому. Я знаю, что это ты, — приглушила тон. Акустика в пустом коридоре такая, что их разговор будет слышен повсюду.
— Пусть Вадим попробует это доказать. Найдет, кому этот номер принадлежит, — улыбнулся Рейман.
Знала, что улыбается. Будто наяву видела его гадкую ухмылочку. Это раньше она по тону голоса не всегда определяла его настроение, а сейчас только так.
— Он найдет!
— А вдруг владельцем номера окажусь не я? И этот владелец подтвердит, что у тебя была с ним связь? И ты поступила с ним так же гнусно, как и со мной?
— Какая связь, Рейман! — вскрикнула она, снова потеряв самообладание.
— Как какая? Был я, значит, могли быть и другие…
Регина оборвала разговор, потому что он бессмысленный. Какой же Рейман омерзительно наглый. Бесчеловечный какой-то, беспринципный. Хотя нет, он, определенно, с принципами, только эти принципы недоступны ее пониманию. Чего он хотел? До истерики ее довести? Понял, что она Вадику ничего не сказала, и продолжил ее добивать. Рейман должен быть просто «бывшим». Просто парнем, с которым она недолго встречалась.
