Автор
В минувших битвах - фигуры, остроконечные шеи обтянуты крепкими ошейниками, взгляд их бесстрашен с легким прищуром. Эти существа предпочитают проводить время вдали от посторонних глаз и изнывающих перинок. Они не имеют ни единой тайны для родины-матери, всегда готовой найти себе новые любимцев....
Приходит туда с пакетиком корма, садится на лавочку и бурчит: «Гули-гули». Охрана устраивается вокруг, предварительно разогнав всех посторонних. Быки перекрывают все ходы-выходы. Не удивлюсь, если и на крышах по периметру устраиваются парни со снайперскими винтовками.
Можно, конечно, притвориться сизым голубком, взмыть в небеса, спикировать и клюнуть дядю в темечко в тот самый момент, когда этот любитель пернатых…
Я покрутил колесико. Стоп, стоп, стоп!..
Сидит, говорите, на лавочке и кормит птичек? Черт, как же до меня сразу не доперло?!
Глянул на часы, захлопнул ноутбук, вскочил на ноги и завопил:
– Гор! – Тишина.
– А?.. – В дверях показалась заспанная физиономия. – Что?
– Ничего, – бодро отозвался я. – Поехали!
– Куда?
– Гулять.
– А ужинать? – закапризничал мой напарник. – Что-то я проголодался, признаться.
– Ужин еще надо заработать! – отрезал я.
– Эврика, да? – вдруг спросил он.
– Ты о чем?
– Ты прямо как мой шеф, – пояснил Гор.
– И каждый раз у него все получается?
– Да, конечно. – Гор заулыбался. – Ты же знаешь моего шефа.
– Знаю, – подтвердил я. – Еще как! Что ж, даст бог и у нас все прокатит. – Я суеверно постучал сначала по деревянной столешнице, а потом и по собственной черепушке, да так, что пальцы заболели.
Глава 36
Аут и тайм-аут
– Изумительно! – восторженно выкрикнул Свен.
– Не спорю, – утомленным голосом триумфатора отозвался я, потряс головой и поморщился.
От всех этих воплей у меня звенело в ушах.
– Как же вам это удалось? – не унимался он.
– Да так как-то.
Два часа тридцать семь минут назад здешний криминалитет понес невосполнимую утрату. Еще один авторитетный, как принято писать в отечественной прессе, бизнесмен сыграл в ящик. Душа его убыла на стрелку с Создателем, а то, что осталось от бренного тела, разлетелось по скверу, перемешалось с голубиным дерьмом и перьями.
Я искренне соболезную друзьям и близким погибших голубей. Честное слово, очень жалко птичек.
История, как писал классик жанра, если кого-то чему-то и учит, то только тому, что отправить на тот свет можно любого. При условии, конечно, что это кому-то очень нужно.
