Автор
В минувших битвах - фигуры, остроконечные шеи обтянуты крепкими ошейниками, взгляд их бесстрашен с легким прищуром. Эти существа предпочитают проводить время вдали от посторонних глаз и изнывающих перинок. Они не имеют ни единой тайны для родины-матери, всегда готовой найти себе новые любимцев....
Сейчас, насколько мне известно, героическая российская военная разведка в Иберии представлена одним-единственным престарелым майором аж сорока двух лет от роду, большим любителем здешнего красного вина. Знающие люди настоятельно не советовали мне обращаться к нему за помощью даже в том случае, если совсем припрет.
Интересно другое. По словам дона Леонардо, человек, с которым у него в самое ближайшее время назначена встреча, говорил по телефону по-английски как самый настоящий уроженец британских островов и с большой долей вероятности был таковым.
Я знаю только одного действующего английского агента, который мог бы влезть в это дело и показать класс всем нам вместе и каждому в отдельности. Конечно же, это старина Джеймс Бонд, большой любитель смешать, но не взбалтывать. Вот только сейчас, по слухам, он завис в Сингапуре на съемках очередной нетленки, правдивой истории из нашей жизни.
Допустим, Джеймс все-таки выкроит денек-другой, чтобы в очередной раз спасти весь мир и его окрестности. В таком случае его ждет серьезное разочарование.
Шутки шутками, а я едва его не прошляпил. Щуплый невысокий мужичонка в надвинутой на нос кепке с длинным козырьком вышел из-за угла, умело и незаметно для постороннего взгляда проверился и двинулся в сторону детективного агентства. Мешковатые серые брюки, светло-зеленая рубашка, в общем, обычный человек из толпы.
Только вот рубашка почему-то с длинными рукавами.
Он шагнул к двери, нажал кнопку домофона, немного подождал и вошел.
Я допил колу, вытер платком взмокшую физиономию, поправил усы, которые каждый мужчина, живущий в этом районе, носит так же обязательно, как и штаны, и приготовился идти гулять.
Глава 8
Избитый и униженный
– Чем могу быть полезен? – учтиво спросил меня маленький китаец.
Что самое удивительное, на безукоризненном английском. У девяти из десятка его соотечественников, говорящих на нем, это выходит достаточно похабно.
До того как произошла наша встреча, мы самую малость, минут сорок всего, погуляли. Он двигался впереди, а я – за ним, на некотором отдалении.
Все это время я усиленно старался зафиксировать в памяти отличительные черты человека, идущего передо мной. Делать это надо обязательно.
От клиента постоянно можно и нужно ожидать разных пакостей.
